– Нецис, ты не шутишь? – нахмурился Речник. – Это правда – про Куэннов, лучи и дно Хесса?

– Книга Вольта подтвердила бы мои слова, - кивнул маг. – Жаль, что мне тогда не удалось дочитать главу до конца. Как же ты встретился с Хинкассой?..

Шарраэн глухо зарычал. Фрисс с удивлением огляделся по сторонам – песок вроде улёгся, небесные змеи улетели к югу, бог пустыни как будто забыл о путниках… что не понравилось Иджлану?

Со склона холма неторопливо взлетали откормленные личинки да’анчи. Они повисли в воздухе, как бы принюхиваясь к путникам. Речник взмахнул рукой, осыпав летучих тварей испепеляющими искрами, да’анчи порскнули во все стороны. Что-то тёмно-красное виднелось на склоне, откуда только что улетели падальщики. Нецис шумно втянул воздух, спрыгнул на песок и опустился на колени рядом с непонятной находкой. Фрисс пригляделся и помянул тёмных богов – из-под песка высовывалась красная чешуйчатая лапа Гларрхна.

Демон умер давно, высохшая шкура еле прикрывала кости, плоти не осталось вовсе. Фрисс подошёл к телу и в печали склонил голову. Нецис странно гладил песок кончиками пальцев, потом оглянулся на Речника и протянул руку, преграждая ему путь.

– Гларрхна – мои родичи, - Фрисс шагнул вперёд. – Не трогай его, Некромант. Его надо сжечь, как велит обычай!

– Погоди, Фриссгейн, - Нецис покачал головой. – Его убил Фоул. Не подходи близко, возможно, демон ещё тут. Мне жаль, что погиб твой родственник, но везти с собой Фоула в земли живых я не хочу.

– Фоул… - Речник содрогнулся. – Может, тот Фоул, которого ты убил в Раотау? Сколько таких тварей может бродить по Кецани?!

– Тварей в Кецани очень, очень много, - пробормотал Некромант, отодвигая высохшую кожу и ощупывая кости Гларрхна. Песок уже высветлил их, окрасил в свой цвет.

– И это, как мне кажется, был другой Фоул… - закончил фразу Нецис и выпрямился, сжимая в руке одну из костей – острый обломок, на вид очень хрупкий. Речник нахмурился.

– Он не был бы в обиде, - спокойно заметил маг, проходя мимо Фрисса. – А мне нужно оружие. Пойдём, до земель живых ещё неблизко…

– Пусть будут спокойными твои дни в Кигээле, - прошептал Речник, глядя на останки. – Не обижайся на этого колдуна, родич. Я думаю, он не со зла.

К вечеру под лапами Иджлана зашелестела геза – жёсткая пустынная трава всё-таки нашла под песком воду и заселила холмы. Фрисс уловил сладкий запах незнакомых цветов и услышал писк летучих мышей, отправляющихся на охоту.

– Всё, - облегчённо вздохнул Речник, - из песков мы выбрались. Пусть Владыка Саих вечно сидит в своей пустоши, а мы пойдём туда, где живут люди. Навменийцы говорят, что Тенна – прекрасный город, вот и посмотрим, чем он так хорош.

– Твоя радость приятна мне, Фрисс, - криво ухмыльнулся Некромант. – Жаль, я не могу её разделить. Да, на рассвете мы увидим Тенну… и боюсь, что красоту её мы оценить не успеем. Такое у меня предчувствие…

Глава 09. Беспокойные кости

Ветер пронзительно завыл, подхватил тучу пыльцы, ворох лепестков и здоровенную канзису – и с размаху швырнул всё это в спину Фриссу. Летучая медуза рванулась прочь, размазывая жгучую слизь по доспехам Речника, он вслух помянул тёмных богов и погрозил кулаком в сторону песчаных холмов. Красноватое марево дрожало над ними, и Фриссу послышался тихий злорадный смех из пылевого столба.

– Катитесь вы к Вайнегу! Только начистил броню… - Речник примерился, чтобы запустить в насмешников водяную стрелу, Нецис перехватил его руку, скрывая усмешку.

– Не зли их, Фрисс, увяжутся – не отделаемся. Сиди смирно, я вытру слизь. В это время года канзисы очень жгучие…

Шарраэн замедлил шаг, и Некромант сорвал несколько листьев с ближайшего Высокого Куста. С дрогнувшей ветки свалилась стайка микрин и умчалась прочь, ещё пригоршня мелких медуз шмякнулась на плечо Речнику. Фрисс сердито отряхнулся, посмотрел по сторонам и замер с приоткрытым ртом. Потом громко и протяжно свистнул, забыв о спутниках.

Долина великой Реки Симту утопала в цветущих зарослях. Всё, от ползучих лоз до разлапистых Высоких Деревьев неведомой Речнику породы, пестрело от соцветий и источало дурманящий аромат. Мех Шарраэна пожелтел от пыльцы и украсился падающими с ветвей мелкими канзисами и их икрой. Микрины, как маленькие живые стрелы, носились вокруг, распугивая здоровенных красных пчёл. Фрисс втянул воздух – где-то неподалёку рос Яртис, с другой стороны – обжигающе-острая Сафла, а издалека пахло мерфиной и – чуть заметно – гарью. Речник расплылся в улыбке, не обращая внимания на ухмылки Нециса и недовольный рык Шарраэна, которому медуза упала на нос.

– Кецань! – сказал Фрисс, когда дар речи к нему вернулся. – Да-а, будь я жителем Кеми, я бы из долины не уезжал…

Демон заревел в голос, и Речник поспешно увёл его с дороги – навстречу бежал анкехьо, а следом за бронированным ящером – десятка три двуногих не то ящериц, не то птиц, огромных, длиннохвостых и крикливых. Вереницу замыкал, раскручивая в воздухе сеть огненных искр, молодой Маг Огня верхом на анкехьо. Ящер был увешан побрякушками и яркими ленточками.

– Что за живность? – на языке иларсов спросил Фрисс, перекрикивая рёв трёх десятков глоток.