— Так куда мы направляемся? — первой не выдержала Лакросса.

— В Карелию, — откликнулся я. — Или бывшую Финляндию, это как посмотреть. Была такая губерния до Нашествия Саранчи.

— Ого… — протянула Агнес.

— А что там? — невинно спросила Вероника.

— Ничего хорошего. Дикие места, выжженные войной и Инсектами пустоши, полные монстров. Насколько знаю из архивов рода, — так я назвал дневники отца, — даже растения там пытаются тебя сожрать. Так что все дороги ведут в объезд этих мест.

— И что мы там будем делать? — Оркесса сидела напротив и поглаживала волчонка, положившего довольную мордочку ей на колени.

Я в ответ постарался изобразить интригующую улыбку, но, судя по лицу девушки, вышла она зловещей.

— Там узнаете, — хохотнул я.

— Нас изнасилуют? — с какой-то странной надеждой воскликнула Агнес.

— Чего?! — хором спросили мы трое. Даже водитель вильнул машиной от неожиданности.

— Нет, никто никого насиловать не собирается, — нахмурился я. — С насильниками у меня разговор короткий. Вы поможете иным образом.

— Вот, блин, — разочарованно протянула гоблинша, надула губки и отвернулась к окну.

Да, эту зелёную извращенку мне не понять.

Остаток пути мы проделали молча. Ровная дорога и плавное движение сморили девушек, и они задремали. А я задумался.

Записи отца о том месте были довольно обрывистыми. Он писал, что существует некая дубовая роща, заповедная для нашего рода, которая находится в месте, в которое так просто не попасть. В дневнике была подробная инструкция, что нужно для этого сделать. И, должен признать, дело обещало быть весьма непростым и опасным. С другой стороны, хорошая тренировка боевых навыков для девушек. Да и в какой-то мере отдых на природе.

Одна проблема. О том, что ждёт в дубовой роще и почему она так важна, в дневниках не нашлось ни слова. Терра инкогнита, как говорится. Я лишь надеялся, что это поможет мне вернуть Инсект. Учитывая все опасности столицы, он нужен позарез.

К вечеру машина свернула на просёлочную дорогу в густой первозданный лес. Мы забрались довольно далеко на север, да и солнце уже садилось и золотило верхушки сосен и елей. Красиво, но прохладно. Хорошо, что взяли тёплую одежду. Я взял те же куртку, свитер и штаны, в которых охотился. Предварительно очистил их, конечно, от пятен крови и грязи.

Агнес утеплилась с помощью джинсов, сапог и чёрной кожаной жилетки, слегка расстёгнутой на груди. Вероника надела тёплую кофту, которая натянулась на её большой и мягкой груди, лёгкую куртку и джинсы в обтяжку.

Оркесса предпочла более спортивный набор одежды. Куртка с высоким горлом из непромокаемой ткани и утеплённые штаны, которые, как я успел заметить перед посадкой в машину, не обтягивали стройные ноги, но чудесным образом подчёркивали упругую спортивную попку.

Спустя полчаса водитель остановился.

— Дальше не проехать, — сказал он, указывая на бревно, лежащее поперёк дороги. — Отсюда начинаются уже гиблые места. Ступайте по дороге, она должна привести к сторожке лесника. Рекомендую заночевать у него — ночью здесь очень опасно.

Я поблагодарил его за помощь и пожелал удачного пути назад. Как я понял, бревно — своеобразная граница между безопасным лесом и жутким исковерканным Саранчой чудовищем. Но это не значит, что монстры не могут забрести за её пределы, так что на машину могли напасть.

Пошли пешком, подсвечивая дорогу фонариками. За бревном она как следует поросла травой и была едва различима в сгущающихся сумерках. Лес полнился звуками, к которым мы прислушивались. Щебет птиц постепенно стих, остались только скрежет деревьев и треск сучьев. Револьвер я держал наготове.

— Холодно… — простонала Вероника, зябко обнимая себя за плечи. С заходом солнца ушло и тепло, по земле начал стелиться туман. — И кушать хочется…

— Только засыпать не вздумай, — предостерёг её я. — А то поволоку по земле.

Я бессовестно врал с целью просто запугать девушку, чтобы она не вздумала спать посреди дремучего леса, больше похожего на северные джунгли. Настолько странно начали выглядеть деревья с толстыми искорёженными стволами.

— Господин жестокий… — надула губки Вероника. Они выделялись маленьким тёмным пятном на её светлом розовощёком лице.

— А мне тепло, — довольно вышагивала рядом Агнес, раздвигая руками траву, доходящую ей до шеи. — Жилетка с подогревом — одно из лучших моих изобретений.