— В твоём случае могу уверенно предположить, что опять из-за женщины, — вывернулась акула словесных вод.

— Па, — вскликнула Яна, — это из-за девушки с видео? Которой?

— Опять-таки, предположу, что из-за Краповой Киры, пришло заявление на участие в соревнованиях группы 31-О-1 от неё, там твоё имя указано как руководителя команды.

— Рыжая или брюнетка? — не унималась дочь.

— Рыжая, — как припечатала, сказала куратор.

Вика не стала говорить про мои собственные правила, о которых она была в курсе, но тоном напомнила. А я что? Я согласен.

— Да, — тихо выдохнул, подтверждая, — но морду я ему начищу. Он сам нарвался.

Посмотрел с уверенным вызовом директору в глаза.

— Развлекайся. До связи, Лена.

Попрощалась и пошла к лифту. Глянул вслед и вспомнил, что о чём-то забыл — так и не вспомнил. Вот так оно бывает.

— Во, мам, как тут папа зажигает! А ты говоришь, что он уже староват для попадания в истории.

— Староват? — посмотрел на слегка недовольную поведением дочери маму, — так-то мне всего слегка за тридцать.

Намекнул на наш одинаковый возраст. Стереотипы, конечно, но что для мужчины детство — для женщины зрелость, и так далее.

— Ой всё, — сделала Лена картинный жест, прикрывая лицо рукой. Точно дочь копировала, — признаю. Rock’n’Roll жив!

Показала козу, и мы вдвоём засмеялись. Янка смотрела на нас с сомнением.

— Вы, ребята, до сих пор на одной волне, и чего только развелись. Так мне никто и не расскажет?

Лена молчала.

— Говорили уже, разошлись во взглядах, — вновь решил отмазаться.

— Ага, — кивнула дочь, — судя по твоему поведению, пап, это ты по сторонам заглядывался.

— Эх, — только вздохнул.

Не говорить же ей, что ситуация была противоположная. Не готовы мы перед дочерью такими вещами делиться, ограждаем.

— Мне надо ехать, — посмотрела на часы супруга, — Яну заберу через два дня. Каждый вечер в бар не ходите.

— У нас кооп ещё не пройден, — напомнил я о планах на вечер.

— Ага, — хитро прищурилась дочка.

Мы с женой оба поняли, чем именно будет занято наше чадо. Будет выпытывать из меня подробности моих похождений и требовать знакомства с моей новой подружкой. Ох, надеюсь она разыграется и остынет.

— Счастливо!

Лена поцеловала мелкую.

— Пока, Галактион. Рада была увидеться.

— Беги, хорошей дальше.

Улыбнулся.

— Дальше отсюда, да?

Она неожиданно рассмеялась и двинулась на выход.

— Мама, прямо, в настроении, — заметил вслух.

— Она всегда, когда тебя видит, веселее становится.

— Конечно, — хмыкнул с сомнением.

— Или у неё с исследованиями всё хорошо, — высказала догадку Яна.

— Хм.

Вот эта новость интересная. Надо будет разузнать. У нас очень схожие научные темы исследований, хотя механизмы разные. Моя основная область интереса сейчас завязана на биохимические основы эмоциональной привязанности в паре фемо-женщина и мужчина. Но изначально я делал упор на другом — на базовом механизме заражения клеток первичным фемо-вирусом и определением дальнейших структур вирусов фабрик, преобразователей хромосом. Это очень широкая картина для изучения.

С Леной мы начинали вместе, и она решила определить свою область исследований при расставании. Приняла решение углубиться в происходящее исключительно в клетке, в воздействии на митохондрии. Малоизученная тема, а потому благодарная, но требующая изобретательности. Впрочем, в изобретательности супруге было не отказать, всегда считал её хорошей учёной.

— Обедала? — спросил дочь.

— Да, как приехали, так сразу.

— Таак… предложил бы в город смотаться, да только…

— Что я там не видела, па?

Ух, спасла меня от признания.

— У нас, между прочим, ещё новый Rayman не пройден! А вообще тебя дома от мамы подарок ожидает. Только тебе, вроде как, ещё работать надо?

Сделал задумчивое лицо.

— Вообще, начальство уже уехало…

— На лифте, и всего лишь к себе в кабинет, — уточнила мелкая.

— Кто будет меня искать?

— Твои студентки? — изобразила Яна прищур.

— Вряд ли.

— Ты же мне расскажешь про этих девушек? Я написала Астре, она должна знать, но она занята. Не знает, и вообще на тебя обижена, как я поняла. А, между прочим, сидит что-то там для тебя паяет. Эх, не ценишь ты своих женщин.

Дочь изобразила глубокий, но слишком наигранный вздох.

— Когда ты только успела написать?

— Пока вы разговаривали.

— Просто, Яна, самая главная в моей жизни женщина — это ты. Так что с остальными что будет, не так уж важно. Пойдём на улицу, через парк прогуляемся. Не дело в такую погоду за игру так рано усаживаться.

— С погодой тут и вас и правда красота, у нас холоднее ещё.

Прошли к выходу, вышли из здания и направились по аллеи к учебному корпусу. Пока шли, обсуждали её учёбу и друзей, но как-то без огонька дочь рассказывала. Серая обыденность, как она сама это назвала.