— Уберите, уберите их от меня! А-а-а. – Бедняга попытался даже отползти, но подвела сломанная нога, не замеченная нами раньше.

Рядом скрипнули тормоза армейского ульяновца и из него высыпали солдаты в сопровождении незнакомого старлея.

— Вы вовремя. Пакуйте этого мерзавца. – Кивнул я на вопящего парня.

— А этот? – Не задавая лишних слов, офицер приказал солдатам взять пострадавшего под стражу и оказать первую помощь.

— А этот нам достался уже таким. может оно и к лучшему. Для него.

— В таком случае, мы его тоже заберём. Подполковник Оттоманский настойчиво просит вас прибыть к нему в госпиталь.

— Что же. Не будем задерживать уважаемого человека. Его не сильно ранило?

— Жить будет. – Позволил себе проявление эмоций старший лейтенант, ухмыльнувшись.

Лагерь армейцев напоминал разворошенный муравейник. Одни разбирали руины, другие таскали ящики, канистры и носилки с мусором. Третьи просто носились в разных направлениях, видимо передавая приказы. Всё это создавало впечатление полнейшего хаоса, чего никак не ожидаешь от армейского подразделения.

Островком спокойствия, посреди этого бедлама, выделялась госпитальная палатка. Возле неё было всего лишь два человека. Подполковник Оттоманский и санитар, заканчивавший менять ему повязку. Заметив нас, Пётр Евгеньевич призывно махнул рукой.

— Не думал, что мы так скоро увидимся, но так уж сложились обстоятельства. Туже затягивай. Туже! Не девку свою в халат заматываешь.

— Да. От Шуйских я ожидал чего угодно, кроме нападения на армию.

— Да брось. Отбрешутся. В крайнем случае, свалят всё на адъютанта, или кем он там был при бароне. Этот жирный боров мёртв же. Да хоть и выжил бы. – Офицер поморщился и махнул рукой.

— А как же ваша рана?

— А что рана? Не первый раз шкуру дырявят. Вы, ваше сиятельство, лучше скажите, что хотите с бывшими гвардейцами сделать?

— Ну не упокаивать же их, – пожал плечами я, — оставлю здесь, для усиления.

— Тогда у меня просьба. Отведите их пока поглубже в лес. Сюда едва ли не весь генералитет съедется, “расследование” проводить. Дня на три их, думаю, хватит. А на четвёртый приводите ваших бойцов. Сдам объект честь по чести.

— Хорошо, договорились. К банкету, простите, расследованию, нужно будет чего?

— Да нет. Они со своим обычно. Хотя, скажите своим в деревне, пусть подготовятся. На третий день у них уже всё заканчивается, тогда начинают заливать всё, что горит.

На этой позитивной ноте, мы с подполковником распрощались. И только на КПП меня осенило — на чём мы вернёмся в поместье? Наша машина безвременно пришла в полную негодность. Просить у армейцев, было не с руки, зато осталась техника Шуйских. Наскоро замазав гербы грязью, погрузились в машину и уехали, пока солдаты старательно делали вид, что ничего не замечают.

Трофей оказался куда более комфортным и быстрым. Я едва не начал задрёмывать, как у ученика внезапно проявилось любопытство.

— Наставник, расскажи про магию. Ты говорил, что у меня есть дар.

— Говорил. Кстати, Митрофан, тебя как по батюшке?

— Петрович.

— А фамилия какая?

— Морозов.

— Морозов? Так ты боярский сын?

— Да какой там, боярский. Так, седьмая вода на киселе. Ещё и третий сын у отца. Вот и пошёл служить.

— Занятно. А что до магии, то всё сравнительно просто. Есть четыре основные стихии: земля, воздух, огонь и вода. А так же свет, тьма, жизнь и смерть. Одарённый может освоить одно или несколько направлений, если они не противоречат друг другу.

— То есть нельзя владеть огнём и водой, например?

— Нет, некромант не станет целителем, а чернокнижник, люминарием.

— А какими направлениями владеешь ты?

— Ученик, за такие вопросы не принято задавать. Но я отвечу. Смерть, немного Тьма и Земля.

— А как же Кодекс?

— А что Кодекс?

— Ну он же может быть даже у неодарённого.

— Может, конечно. Только магический Кодекс не может появиться у обычного человека. Кодекс Сантехника, Хирурга, хоть космонавта. Но не Огня, например.

— Или Отравителя, как у того толстяка?

— Именно. А ещё, маг без Кодекса намного слабее, чем с фолиантом. Поэтому все стараются получить его как можно скорее.

— Разве его можно получить целенаправленно? — искренне удивился здоровяк.

Все же знают, что это невозможно.

— А вот эту тайну, ты унесёшь в могилу. И даже за неё. Тебе, как своему личному ученику, я могу открыть эту тайну, если ты поклянёшся молчать.

— Клянусь, в жизни и в смерти сохранить эту тайну или передать её своему ученику, если он или она, появится. — едва последнее слово было сказано, мой фолиант проявился сам собой, раскрылся на пустой странице, где появились слова клятвы.