— Хорошо, — сказал я, продолжая говорить тихо. — Тогда начнём. Что ты знаешь о точке на карте про которую я говорил, куда нам нужно попасть с Кирой? Как туда добраться? И что нам нужно, чтобы не привлечь… — я замялся, не зная, как назвать то, что реагирует на звук, — … внимание?

Рик сглотнул, стараясь даже дышать бесшумно. Он наклонился ближе, его шёпот был едва различим.

— Точка на твоей карте… — начал он, — это место, где вы говорите можно… уйти. Не знаю, но некоторые чужаки, которые тоже попадали в нашу параллельность через порталы говорили о ней, называли её «шансом». Шансом вырваться из этой параллельности. Но путь туда… он не простой.

— Почему? — спросил я, чувствуя, как напряжение сжимает грудь.

— Звук, — прошептал Рик, и его глаза потемнели. — Здесь всё дело в звуке. Один шорох, один неосторожный шаг — и ты пропал. Эта параллельность… она слышит. Не знаю, что именно, но она реагирует. Люди, которые шумели, исчезали. Иногда находили… их остатки… там ничего не оставалось — их размазывало просто напросто.

Я кивнул Кире и мысленно передал: «Он не врёт. Но он боится. И он что-то недоговаривает.»

— Что ты видел? — спросил я, стараясь, чтобы голос оставался ровным.

Рик кивнул, его пальцы сжались в кулаки, чтобы не дрогнуть.

— Видел, — прошептал он. — Когда раздается небольшой шорох — он начинает усиливаться в сто, тысячу, сотни тысяч раз, входит в резонанс и распространяется снося все на своем пути.

— Хорошо, — сказал я, чуть отстраняясь, чтобы дать ему пространство. — Допустим, звук — главная угроза. Мы тоже это видели. Как нам добраться до точки? Какие пути самые… тихие? И есть ли у тебя люди, которые могут помочь?

Рик посмотрел на меня, и в его глазах мелькнула искра — не то надежда, не то отчаяние.

— Тихих путей нет, — прошептал он. — Но я знаю тропы, где меньше шансов… ошибиться. Там меньше обломков, меньше ветра. И… да, у меня есть люди. Не много, но они знают, как двигаться, не издавая звуков. Если вы правда хотите добраться до нужной вам точки, я помогу. Но взамен… — он замялся, но продолжил: — Я хочу пойти с вами.

Я взглянул на Киру. Она прищурилась, её молчание было красноречивее слов: «Решай, но не доверяй слепо.»

— Договорились, — сказал я. — Но помни, Рик: если предашь, Кира вернётся в твою голову. И она не будет церемониться.

Рик кивнул, его губы дрогнули в слабой улыбке.

— Я понял, — прошептал он. — Не подведу.

Кира мысленно добавила: «Пусть только попробует».

Я подавил усмешку.

— Тогда собирайся, Рик. Время не ждёт.

В подземном убежище, где толстый слой земли и камня гасил любые звуки, мы собрались вокруг грубо сколоченного стола, чтобы обсудить план. Воздух был тяжелым, пропитанным запахом сырости и старого металла. Свет от тусклых светильников, вмонтированных в стены, едва пробивался сквозь полумрак, отбрасывая длинные тени на неровные каменные своды. Мы перебрали несколько вариантов развития событий, но каждый из них упирался в одну и ту же проблему: звук. Даже малейший шорох мог стать фатальным, если бы он каким-то образом прорвался наверх. Но Рик, предложил выход.

— У меня есть два кристалла абсолютной тишины, — заявил он, скрестив руки и облокотившись на спинку стула. Его голос звучал уверенно, хотя в глазах мелькала тень сомнения. — Это наш лучший шанс.

Мы переглянулись. Кристаллы абсолютной тишины — величайшая ценность в этом мире. Я знал, что они способны создать зону, где звук просто перестает существовать, но их использование было сопряжено с рядом сложностей.

— А как насчет зарядки? — спросил я, прищурившись. — Ты же сам говорил, что они работают только от энергии порталов, а те открываются крайне редко.

Рик ухмыльнулся, и в его улыбке было что-то от старого контрабандиста, который всегда держит козырь в рукаве.

— Эти кристаллы, — он понизил голос, словно кто-то мог подслушать нас в этом подземелье, — заряжены на максимум. Я проверил. Портал через который забросило сюда вас… я успел подсуетиться. Поверь, они готовы.

Это меняло дело. Если кристаллы действительно были заряжены, мы могли провернуть операцию без риска. Под землей звуки и так глохли, поглощенные толщей грунта и камня, но артефакт абсолютной тишины делал нас практически неуязвимыми. Даже если бы мы случайно вызвали резонансную звуковую волну — ту самую, что сметала все на своем пути, — кристаллы бы ее нейтрализовали. А с учетом того, что мы находились глубоко под поверхностью, где земля сама по себе была щитом, риски сводились к минимуму.

Рик отодвинул стол с такой силой, что тот заскрипел, царапая каменный пол. Под ним обнаружилась небольшая ниша, вырубленная в скале. Он наклонился, порылся в темноте и вытащил деревянный ящик, грубо обитый ржавым железом. Замок на ящике выглядел так, будто его пытались взломать не один раз, но безуспешно. Рик щелкнул пальцами, и замок с тихим лязгом открылся — видимо, какая-то магическая защита, настроенная на него.

Внутри лежали два кристалла. Они были небольшими, размером с кулак, и тускло светились мягким голубоватым светом, который, казалось, пульсировал в такт биению сердца. Я протянул руку, и Рик, не говоря ни слова, передал мне один из них. Как только кристалл коснулся моей ладони, перед глазами вспыхнул интерфейс.