Дорогая Салли!

Это и в самом деле странно! Да! Но тебе не стоит расстраиваться из-за своего немецкого происхождения. Должна признаться, что и у меня это заняло немало времени, но сейчас я могу тебе честно сказать, что больше не обвиняю немцев просто за то, что они немцы. И уж я никогда бы не порицала тебя за происхождение. Этим как раз и занимались нацисты в отношении евреев: они обвиняли детей за кровь в их жилах.

И если ты не против, я не согласна с твоей мамой. То, что происходит в мире, касается каждого, особенно когда речь идет о попытке уничтожения целого народа.

Спасибо, Салли, за твое письмо. Надеюсь, я объяснила, как отношусь к тому, о чем ты писала. Я счастлива, что стала американкой, хотя и часто тоскую по той «голландке», которой я была в Амстердаме.

Дорогая мисс Франк!

Наш учитель дал нам задание написать о нашем любимом писателе. И конечно, я выбрала вас. Все девочки в моем классе прочитали ваш дневник, и нам всем он очень, очень понравился.

Мама подарила мне на день рождения «Дневник юной девушки», и я даже прочитала его уже десяток раз. И каждый раз, когда я заканчиваю его, мне становится легче на сердце, хотя то, что с вами случилось, очень, очень печально.

Спасибо вам за то, что открыли для нас вашу жизнь во время войны. Мой учитель говорит, что вы — очень, очень мужественный человек, и я согласна с ним!

Дорогая Джуди!

Спасибо тебе за милое письмо. Я горжусь тем, что ты выбрала меня в качестве своего любимого писателя, и рада, что мой дневник оказался достойным такой поклонницы. Это не страшно, что чтение дневника тебя расстраивает. Думаю, так и должно быть. Он должен немного печалить каждого.

Дорогая мисс Анна Франк!

У нас у обеих одно и то же имя! Хотя я пресвитерианка и моя фамилия Френч. И еще мое имя не заканчивается на букву «а» и произносится как Энн. Я учусь в седьмом классе средней школы в Кларксоне, Мичиган. Моя учительница английского миссис Парсонс дала мне почитать «Дневник юной девушки», решив, что я справлюсь с этой книгой. (Хотя, по ее мнению, до других ваших книг я еще не доросла.) Так вот, я прочитала ваш дневник, и да, она была права! Я с ним справилась, хотя иногда плакала. Он очень хороший и в то же время печальный. Но он мне так понравился, что я перечитываю и перечитываю его! Хотя я очень горюю по вашей сестре имаме, которые умерли после того, как дневник закончился.

Моя мама тоже умерла. Это случилось прошлой зимой, мама погибла в автокатастрофе по дороге домой из магазина, и это, конечно, совсем не то, что произошло с вашей мамой. Я все еще очень по ней тоскую, иногда просто посередине дня или даже когда играю в волейбол на уроке физкультуры. Тоска просто приходит без всякой причины. Это трудно объяснить. Но каким-то образом ваша книга мне помогает. Спасибо за то, что вы ее написали.

Дорогая Энн!

Спасибо тебе за добрые слова. Я очень тронута. Мне очень жаль, что твоя мама погибла. Моя мама умерла, когда мне было шестнадцать, она умерла в концентрационном лагере, построенном нацистами в Польше. Это было давно, но я до сих пор скучаю по ней и уверена, что это чувство сохранится навсегда. Но все же жизнь становится легче, даже если боль и тоска от этой потери никогда не уйдут. Во всяком случае, для меня это так.

Надеюсь, что тебе понравится экземпляр «Дневника» с автографом, который я тебе посылаю.

Дорогая мисс Франк!

Пусть я сейчас уже не ребенок, мне все равно понравился ваш «Дневник юной девушки», хотя моя сестра (ей пятнадцать) меня поддразнивает. Она говорит, что теперь читает ВЗРОСЛЫЕ книги, а не ЧТИВО ДЛЯ СЕМИКЛАССНИКОВ. Что до меня, то я лучше сто раз прочитаю вашу книгу, чем один раз «Повелителя мух».

Я все-таки ввязалась в спор о вашей книге со своим братом. (Ему семнадцать, и он все время говорит маме, что собирается пойти в армию, вместо того чтобы поступать в университет, чем доводит ее до слез.) Но он говорит, что евреям следовало бы сопротивляться нациста, когда те за ними приходили. Он говорит, что САМ бы так и сделал, так почему же этого не делали евреи? Я ответила, что, наверное, они испугались. Он сказал: «По-твоему, они трусливые ЦЫПЛЯТА?» А я сказала, что нет, они не боялись как ЦЫПЛЯТА. Ноу нацистов были ружья и пулеметы, а у евреев их не было. Надеюсь, что я дала ему правильный ответ.

Я до сих пор люблю ваш «Дневник» и сохраню его навсегда, чтобы его прочитали МОИ дочери (когда я выйду замуж).

11 июня 1961 г.

Дорогая Диана!

Я очень рада, что вам так понравилась моя книга, и передайте своей сестре, что Анна Франк не считает свой дневник «чтивом для семиклассников». Хотя «Повелитель мух» — вещь тоже очень неплохая.

И еще скажите своему брату, что против нацистов сражалось немало евреев, а вот почему их не было больше, объяснить будет трудно. Но вы правы: это было не из-за трусости. Мои отец с матерью не сопротивлялись при аресте не потому, что испугались за себя, — они боялись за своих детей. И считали, что лучше всего смогут защитить мою сестру и меня, подчиняясь приказам. Кто мог тогда сказать, что готовили для всех нас нацисты? Наверное, это плохой ответ, но лучшего у меня нет.

Спасибо за письмо. Я надеюсь, что ваши дети, дочери и сыновья, прочитают то, что я когда-то написала. А может быть, их дети тоже.