Но… осталась стоять на месте. Ройс ощутил какое-то усилие воли в ней. Не мог еще понять. Не в состоянии мыслить и анализировать. Оголенные нервы, надорванные, сломленные чувства!

И они застыли вот так, в каком-то пронзительном миге, как будто бы каменные изваяния: настороженные, ошеломленные, настроенные лишь друг на друга…

Пока сзади не раздался чуть насмешливый, но полный откровенного счастья и радостного воодушевления голос молодого Герцога:

— Я так понимаю, вопрос с летней казнью закрыт раз и навсегда, да, Канцлер?

Глава 2

Именно эти слова Марти почему-то встряхнули его и заставили очень хорошо вспомнить, как чувствовал себя сам парень, когда они столкнулись в приграничном поселке… Осознать, насколько страшно, непонятно и тяжело сейчас может ощущать себя Инди от чересчур пристального и обильного внимания всех, кто толпился за спинами его команды. Пусть это и были самые верные люди в большинстве, но собралось уже достаточно и праздных любопытных, хоть и с опаской из-за его присутствия, а понемногу стекающихся, сбегающихся сюда со всех концов дворца. Слухи разлетались, разносились, казалось, сквозняком по щелям…

Шутка ли — принцесса жива! И всем явно хотелось воочию в этом убедиться.

К тому же он все сильнее ощущал дрожь тела Инди под своими пальцами. И, судя по тому, как она выглядела, а также по проступающим под тонкой бледной кожей косточкам, жизнь в эти месяцы его любимую не баловала…

Глубины ада!

Эта мысль и понимание вызвали еще непривычный, но уже знакомый темный отклик бешенства внутри него. Словно бы гул нарастающей волны — сила Морта, моментом готовая отозваться на его злость, вспыхнуть, сметая и уничтожая все вокруг. Однако сейчас… это было подобно неконтролируемой вспышке звезды! Темной, несущей смерть всем тем, кто был повинен в состоянии Инди! Буквально требующее от него кровавого уничтожения этих людей…

И понадобилось действительно выраженное усилие воли, чтобы подавить этот гнев, разгорающийся внутри все ярче. Одернуть, напомнить, сколь хрупкий и бесценный дар сейчас в его руках. Иное — бессмысленно и пустое!

О чем он?! Инди жива! А ведь даже Марен не верил в такую возможность!

Остальное переборют, справятся! У Ройса не было сомнений. В данное мгновение у него вообще от невыразимого, какого-то нереально безумного счастья, казалось, вот-вот грудь разорвет. Не существовало для него ничего невозможного!..

Но сейчас ей точно нужен перерыв и отдых. В тишине и без этих десятков бесящих любопытных глаз, которые и по нему «пропечатывались» какофонией впечатлений. Что могла чувствовать его жена при ее восприимчивости к чужим эмоциям, думать не хотелось.

А еще то, нечто непонятное, глубинное и глубокое, слишком мощное и неуправляемое, что притаилось внутри самого Ройса, приглядываясь к происходящему, становилось все беспокойней. Почему-то казалось, что это «нечто», имя которого он слишком хорошо на самом деле знал, и сам позволил выйти в этот мир, вот-вот могло рвануть, как подрывался порох от магии колдунов…

Обилие чужого внимания и всех этих людей вокруг него и Инди внезапно стало бесить, вызывая бешенство и раздражение. Он будто медленно раскалялся изнутри. А Ройс уже знал, что ему не так и легко управлять подобными эмоциями, сопротивляясь Морту. Не тогда, когда внимание ослаблено… Уже был опыт. Не просто так его опасались, в конце концов.

— Больно… — Инди едва-едва слышно это прошептала.

А Ройсу словно набатом по вискам прошлось. Ее боль!..

Все мигом отошло на второй план. Ничего существенного не осталось, кроме хрупкой девушки в его руках!

Вскинулся, прищурился, вглядываясь в лицо Инди… Она закусила губу с такой силой, что кожа вокруг рта побелела, и на этой бледно-синеватой тонкой коже, на белых полосках закушенных губ алела одна крохотная капелька крови…

И вдруг Инди рухнула! Просто опала в его объятиях.

Ее безвольные руки соскользнули по его щекам. Так, что если бы Ройс не держал любимую, не успел бы подхватить. Однако же он держал. Всегда теперь…

И в то же мгновение, перехватив ее, Ройс одним резким движением поднялся с колен, удерживая Инди на руках. Бережно и нежно прижал ее безвольно качнувшуюся голову к своей груди, удобно устраивая жену в изгибе своей руки, где и было ей самое место.

— Никого не пускать за нами, — отдал тихий короткий приказ, зная, что его гвардейцы услышат и выполнят.

Глянул на друзей, безмолвно прося и сейчас не оставлять их без прикрытия. И верная троица не подвела: окружив его с Инди на руках, они, молча, ничего и никому не объясняя, двинулись в покои Ройса. Гвардейцы Канцлера выступили из рядов любопытствующих, отрезая людей от них, не позволив никому и шелохнуться.

Только Мартин и Марен двинулись вперед, будто бы намереваясь остановить Ройса…