В глубине глаз мужа я замечаю вспышку боли, вызванную моими словами, но она так быстро гаснет, что я даже не уверена, была ли она реальностью или лишь плодом моего воображения. Его мрачное лицо становится еще более отрешенным и холодным. И когда он молча разворачивается и идет к двери, я едва не кричу ему, чтобы остановился.

Трещина между нами становится пропастью. И когда за Даном с легким щелчком закрывается дверь гостиничного номера, мне кажется, нам ее уже никогда не преодолеть.

Я просыпаюсь рано утром и с тоской смотрю на пустую сторону постели. Да, сейчас я в гостиничном номере, но к такой картине в последнее время мне не привыкать. Богдан стал вставать раньше. Когда он уезжает на работу, я только открываю глаза. На все мои вопросы, куда он так рано, отвечает односложно: «Много дел». Вернее, отвечал. Наверное, это все теперь в прошлом.

На работу сегодня мне не нужно. Как и всю следующую неделю. Еще до истории с Эльзой я попросила у начальства отпуск. Даже не так – потребовала этот недельный отпуск, рассчитывая на то, что мы с Богданом после годовщины сможем отдохнуть. Он давно обещал, что отложит дела, чтобы мы провели время вместе, а я, наивная глупая Аделина, ему верила. Только сейчас пришло четкое осознание – для Дана наш брак означал совсем не то же самое, что для меня.

На прикроватной тумбочке вибрирует мобильный, возвращая меня к реальности. Ночь я провела в режиме тишины и меня никто не донимал – ни родные, ни абоненты, звонящие с незнакомых номеров, ни Богдан.

– Вот и наступило утро, – произношу горько и тянусь за гаджетом, на экране которого светится «мама». – Привет, ма. Ты рано.

– Доброе утро, Адель. Как ты себя чувствуешь?– спрашивает она, но в своей манере даже не удосуживается дать мне возможность ответить. – После того шума, что подняли вокруг Дана эти сплетники… А ты что, еще в постели? У тебя сонный голос. А как же эфир?

– Мне не нужно на работу, – спокойно отвечаю.

– Как? Почему? Неужели из-за этого недоразумения ты решила бросить работу? – ахает она.

Недоразумения? Она это всерьез?! Меня опозорили, сделали из меня набитую дуру, а для моей матери это всего лишь недоразумение?

– Мама, с какой стати я должна бросать работу? У меня отпуск. Давай уже ближе к делу. Судя по всему, мы совершенно по-разному воспринимаем то, что произошло вчера, – чеканю я, вставая с кровати.

– Конечно. Ты как наивная школьница поверила в этот цирк. Очевидно же, что его подставили. Наш Богдан – видный мужчина.

– С каких пор он «наш Богдан»? Напомнить мне, как ты к нему относилась до нашей свадьбы?

– Сколько воды утекло с тех пор! – отмахивается мама. – Он давно доказал, что достойный мужчина. И он тебя очень любит.

– Мам, я даже не хочу это слушать, – вот именно поэтому я не хотела вчера отвечать на ее звонок. Она души не чает в Богдане, а я даже не понимаю, на фоне чего развилась эта ее любовь, разве что на фоне его неоспоримых финансовых успехов.

– А лучше бы послушала, дочка, – продолжает мама как ни в чем не бывало.

– Зачем ты звонишь? Чтобы выгородить передо мной своего зятя? Это он тебя попросил? – раздраженно уточняю я.

– Нет. Но я разговаривала с ним ночью – он с ума сходит от беспокойства.

– Кто бы сомневался, – бурчу в ответ.

– Адель, – мама делает выразительную паузу. Кстати говоря, только она меня так называет. Лина – звучит для меня привычнее. – Ты должна понимать одну простую вещь – мир не делится только на черное и белое. И порой все совсем не так, как кажется на первый взгляд.

– Мам, я взяла трубку в надежде, что ты поддержишь меня, а в итоге ты выгораживаешь моего мужа-изменника, который за моей спиной встречается с бывшей. Если у тебя все, то давай закончим этот разговор. Как появится другая тема для беседы, тогда и созвонимся.

– Как скажешь, дочка, – с обидой в голосе произносит она. – Но ты сейчас неправа. Ты знаешь, что я и папа всегда на твоей стороне. И ты можешь приехать к нам в любое время.

– Спасибо. Я приеду, но позже, – смягчаюсь я.

– Хорошего тебе дня, Адель. И мой тебе совет – выслушай Дана. Каждый человек имеет право на последнее слово.

– Пока, мам.

Я сбрасываю вызов. Разговор с мамой дал мне пищу для размышлений, и, стоя в душе, я продумываю дальнейший план действий. Мама с отцом живут в пригороде. Возможно, поехать к ним – не такая уж плохая идея, чтобы на время исчезнуть с радаров и поразмыслить о своей жизни. С другой стороны, самые ушлые журналисты, конечно, в первую очередь будут искать меня там. Да и мама, защищающая Богдана, – не самая лучшая компания в моем состоянии.

Даже если не брать во внимание измену, моя семейная жизнь давно дала трещину. Встречи мужа с Эльзой, к сожалению, далеко не единственная из наших проблем. Я чувствую, что мне сейчас нужно побыть одной, чтобы понять, как быть и как выстраивать свою жизнь, в которой, возможно, не будет Богдана. Он обманул меня и унизил перед миллионной аудиторией, которая смотрит мои эфиры. Что может быть хуже? Даже если поверить его словам и предположить, что между ним и Эльзой ничего не было, очистить свою репутацию от этой грязи будет практически невозможно. Прощу ли я ему не только публичное унижение, но и крах карьеры?..