Я кинулась вперед, опустилась на колени рядом с кроватью и, осторожно обхватив бледные пальцы любимого своими руками, будто они могли рассыпаться от моего прикосновения, прижалась к ним лбом, не в силах сдержать рыдания.

И это называется идет на поправку?! Что же с ним тогда вчера было?! То-то Милиниэль меня близко к нему так и не подпустил. В душе дикой смесью бурлили ярость и сострадание.

— Все будет хорошо, — едва слышно прошептал Тэль и снова провалился в беспамятство.

— Что с ним? Ему хуже? Что ты стоишь?! Позови кого-нибудь! — набросилась я на Черного доктора.

Майран не стал спорить и вышел за дверь, а спустя буквально минуту, показавшуюся мне неимоверно долгой, вернулся с Милиниэлем.

— Вы же говорили, что теперь все будет хорошо! Что случилось? Антидот не сработал?

— Успокойтесь, — с нажимом велел врач. — Как я и говорил, жизнь Владыки уже вне опасности, но я и не обещал, что он сегодня утром сможет вернуться к исполнению обязанностей или отправиться на пикник. Восстановление займет довольно много времени. Главное, что его состояние стабильно и постепенно будет улучшаться, для чего и я и другие врачи приложим все возможные усилия. Вы сами как себя чувствуете?

— Как женщина, у которой чуть не убили мужа, и он до сих пор едва жив. Прикажите поставить для меня кресло в палате, я останусь с ним.

— Хорошо, но только если обещаете полноценно позавтракать. После использования рекреации это обязательно.

Я согласно кивнула, есть действительно хотелось зверски. Под натиском эмоций поначалу я не обратила на это внимания, а сейчас поняла, что живот неприятно тянет от голода. Рекреация всегда требовала усиленного питания, а я последний раз ела вчера утром, да и то не особо плотно, после чего и взломом занималась, и порталы открывала, и летала и даже с Черным доктором дралась. В общем, если нормально не поесть, скоро меня и саму в соседней палате с истощением положат.

Но как же все-таки страшно за Тэля!

Заставить себя пойти в кафе или хотя бы столовую я так и не смогла, устроившись возле окна с притащенной Майраном небольшой кастрюлей с кашей, в которой ее было тарелок пять как минимум, и надрезанными сдобными булками, в которые были запиханы пластины масла. Судя по их неровности и толщине, данное кулинарное творение создавалось моим телохранителем лично. А поскольку ложки он принес две, то и в его уничтожении собирался принимать не менее активное участие. Я даже слабо улыбнулась, когда мы одновременно полезли ими в кастрюлю за кашей. Но стоило перевести взгляд на так и не пришедшего больше в сознание мужа, как от улыбки не осталось и следа.

Я просидела рядом с Тэлем весь день, лишь к вечеру немного успокоившись и окончательно поверив, что он идет на поправку. Врачи появлялись каждые четверть часа, проверяли состояние Владыки, иногда накладывали заклинания. Тэль приходил в себя еще два раза, в последний почти на двадцать минут и мы даже смогли немного поговорить. Точнее, говорила в основном я, но это не важно, главное, взгляд его был теперь вполне осмысленным и эльфу не приходилось прилагать неимоверные усилия просто для того, чтобы держать глаза открытыми.

На ночь я все же решилась отправиться домой, взяв с Милиниэля честное-пречестное слово, что если вдруг что, то он за мной обязательно пришлет. Что именно должно случиться и как при этом смогу помочь, ни я ни он понятия не имели, так что пообещал эльф это просто чтобы меня спровадить. Но все равно мне так было спокойнее.

А утром муж встретил меня в палате сидя на постели с прижатой двумя руками к груди кружкой.

— Свет творения, Тэль, как же ты нас напугал! — бросилась я к нему. — Как ты себя чувствуешь?

— Как сухофрукт, — вымученно усмехнулся он. — Теперь вот размачивают.

После этого Владыка с трудом поднял кружку и сделал небольшой глоток.

— Тебе помочь?

— Нет, с этим я уже вполне справляюсь. Видишь, в кое-то веки мы с тобой поменялись местами. Обычно это ты лежишь в больнице на грани между жизнью смертью, а я схожу с ума от страха.

— Это точно. Я думала и правда с ума сойду.

— Все, можно уже так не переживать, это я тебе как врач говорю.

— Вот когда поправишься и тебя домой отпустят, тогда и перестану, — пробурчала я, подумав, что он и во время отравления утверждал, что ничего особенного не происходит, но вслух этого говорить не стала.

— Хочешь совет?

— Ну, давай, — насторожилась я, глядя на эльфа, глаза которого откровенно начали закрываться, а речь постепенно становилась менее внятной.

— Постарайся отвлечься. Поздравь Первого мага, сходи к вампирам, главное не сиди здесь. Я все равно почти весь день буду спать.

— Зато когда сижу тут, я точно знаю, что ты именно спишь и тебе не стало хуже.

Он слабо улыбнулся и дернул за шнур в изголовье. Почти сразу после этого в палату вошел модой эльф, забрал у пациента кружку и уложил его на кровать.