Актриса упала в пруд сама — ненароком. Знаете, дети такие неловкие. После спасения «девочка, которую многие так хвалят» обвинила совершенно непричастного человека к своему падению. Наверное, ребенок не хотел, чтобы ее отругали. А этого неповинного человека — ай, я сейчас заплачу! — избили прямо на глазах у других актеров и стаффа.

Удар я помню. Пощечину выписала той дурынде тень черной овцы по фамилии Ян. А потом по приказу Яна, который режиссер, идиотку слегка притопили. То есть, некая крупица истины в словах «героини» имеется. В огромной и смердящей куче лжи.

В репортаже не говорится, кого именно «обвинили» в падении. Ни пол, ни возраст, ни даже актер это был или сотрудник студии — не сообщают. «Этот человек» расплывчатая формулировка.

Но я ой как слабо верю, что интервью дал кто-то другой. Не та актрисочка из свиты принцессы. Где-то одну тысячную процента готова поставить на то, что этим разоблачением подставляют и ту дурынду тоже. И что устроил это всё кто-то ещё.

Все остальные доли (от ста процентов) я определяю на служаночку. Да что там: я все солнышки, зубы и даже выплаты за обе рекламы Вод Куньлунь готова поставить на ту… альтернативно одаренную.

Представьте себе удивление моего бати, которому мы с мамулей не рассказывали о том падении в пруд. Решили не провоцировать его на необдуманные поступки.

— Да я этой паршивке руки переломаю! — прокричала Мэйхуа. — Все волосы выдерну, обмотаю ими ее шею и затяну покрепче! Зря ты ее отпустила, доченька.

Именно она предложила тогда «не провоцировать» главу семьи Ли.

— Не сломаешь, — выпрямился в полный рост батя. — Я сам это сделаю. И не руки, а сразу шею.

И то, как он это говорит — не угроза. Это заявление о намерении, которое непременно будет исполнено. С полным игнорированием последствий. Если кто-то не вмешается и не остановит его.

— Стой! — я подбегаю к родителю, обхватываю его ноги ручонками. — Успокойся, пап. И ты, мам. Вы мне оба нужны. Рядом.

В реальной жизни, не в дорамах и книгах, за тяжкие телесные отправляют за решетку. Проделать всё скрытно? Это же каменный воин, а не акула.

Невероятно вовремя звонит на мамин мобильный Ян Хоу. Похоже, тоже слушал новости. Мэйхуа глянула на мужа и приняла вызов, включив громкую связь.

— Режиссер Ян, — голос мамы дрожит от ярости.

— Госпожа Лин, — голос щегла тверд и как будто бы даже спокоен. — Кажется, вам известна причина моего звонка.

Мамочка шипит, зло и неразборчиво. Никогда ее такой не видела. Ма — злой манул. И на ее детеныша покусились. Дважды: сначала физически, а теперь информационно.

— Понимаю, что это непросто, — непреклонно продолжает Ян. — Но я прошу вас, Мэйли и господина Ли сохранять спокойствие. И ни при каких обстоятельствах не соглашаться на интервью в ближайшее время.

— Вы говорите, что я должна стерпеть ложь в адрес моей Мэйли? — округляет глаза мамочка. — Как тогда нам встречаться с представителями студии нового сериала с участием А-Ли? У нее на следующей неделе — фотосессия для постеров. Если мы сейчас откажемся от участия, то подведем господина Ляня. Он рекомендовал нашу девочку на роль.

— Отказываться не придется, — непробиваемое спокойствие в голосе Яна. — Доверьтесь мне и Бу. И просто подождите некоторое время.

Вообще-то мы все под соглашением о неразглашении. «Героиня» его нарушила. Ян планирует сыграть на этом? Или у него есть план получше?

Я так-то помню, как Пэй настаивал в тот раз не только на подписях, но и на удалении записи. Интересно, что они (Бу-Ян) задумали?

Стоп. А дурында точно ставила подпись? То был чересчур сумбурный день, нервная встряска… Детали просто сыпятся, как битые пиксели на бракованном мониторе.

Не важно. Ян получит время, раз оно ему нужно. Этот человек меня ни разу не подводил.

— Мы подождем, — уверенно говорю: так, чтобы услышали и родители, и Ян Хоу.

Деспот, самодур и любитель пыток. Угу.

— Спасибо!

По завершению разговора Мэйхуа опускает руки.

— И что нам делать сейчас? — спрашивает она с надрывом.

— Разучивать стихотворение, — делаю серьезное лицо. — Как там было про птичек?

Мамочка автоматически повторяет строку. Поглядываю и на батю. Тишайший явно еще зол, но бежать, чтобы наломать дров, вроде как не собирается. Хорошо.

Мы подождем. Все знают, что месть — это блюдо, которое подают холодным. И не обязательно речь о холодильнике в морге. «Героиня» попыталась испортить карьеру и жизнь режиссеру и «девочке, которую многие так хвалят»? Такое ведь в обе стороны работает.

Вон: Чу косвенно обвинили в халатности. После расторжения контракта она будет посвободнее в своих действиях и высказываниях. В самом крайнем случае предложим ей выступить и обелить свое имя.

Я буду как та гора из стихотворения. Никто не сможет поколебать мою уверенность. И никакая лживая поганка не сдвинет меня с места.