— Примите мои искренние извинения, — говорит, не разгибая спину, тень. — За вред, причиненный моей дальней родственницей. Заверяю, что семья Лин не имеет никакого отношения к тому инциденту с прессой.

— У нас нет претензий, — холодно и веско роняет слова, точно камни, Мэйхуа. — Ни к вам, ни к семье Лин.

Ян медленно разгибается. Нечитаемо-сложным взглядом глядит на маму.

— Кроме того, госпожа, мы действительно не были осведомлены…

— Довольно, — отсекает мать. — Ничто из случившегося не повлияет на сотрудничество моей дочери и вашей подопечной. Я верно понимаю, что госпожа Лин Сюли тоже приглашена на роль в «Шелесте осенних листьев»?

Едва заметное выделение голосом этого «тоже» превращает вежливую фразу в нечто совсем иное.

— Госпожа Лин Сюли исполнит роль молодой принцессы Юй.

О, моя подруга по занятиям — по сценарию. Однако, тесен мир. И снова звездочка играет принцессу. Мы же с этим интервью-обвинением пропустили в итоге оглашение актерского состава. А теперь — сюрприз-сюрприз.

Ладно. Демоны с нею, с принцессочкой. Стоит она себе в сторонке, зыркает напряженно, но хранит царственное молчание.

Меня другое волнует: что это мать моя китайская женщина сейчас исполнила? «Тоже», «довольно»… Так задела ее выходка глупой курицы Ян-младшей? Не может же новая аккуратная черная сумка от Hermes (на мой взгляд, ничего такого, а ценник, как за рисовое поле) так менять человека?

Глава 12

Маму мы вообще «упаковали» на внушительную сумму. Причем все выбранные ею вещи (бренды с пугающими ценниками) выглядели весьма сдержанно.

И, надо сказать, она отбивалась от обновок в гардеробе. Недолго. До беседы за семейным столом, где мы «сообразили на троих» учреждение студии «Бай Хэ».

Дословно — белый журавль. Почему журавль? О, тому есть несколько причин. Кроме очевидной — это тоже белая птица, что созвучно, но не повторяет наш с мамой псевдоним. Главное, что журавль (хэ), читается, как Хэ — гармония.

И еще мамочка произнесла очередную китайскую мудрость. «Юнь чжун бай хэ[1]» — белый журавль, летящий среди облаков. С «бай хэ» всё понятно, юнь — как в имени слоника, облако, а чжун — середину — мы с вами учили уже. Помните, праздник середины осени? И брательника-подельника моего зовут созвучно. Всё вместе это восхваляет человека с благородным характером и высокими устремлениями.

Такой у нашей микро-студии одного артиста девиз. И мамочка — директор этой студии. Вообще, идею перевести Лин Мэйхуа из личного менеджера в директора студии принадлежит Яну Хоу. Он-то и рассказал нам о подобной практике.

Чаще всего идут на подобный шаг уже известные артисты. По той или иной причине не готовые к сотрудничеству с крупными (или не очень) агентствами. Так, Лянь Дэшэн — он несколько лет назад расстался со своим агентством и основал собственную студию. На его имидже это никак не отразилось — фигуру таких масштабов вообще довольно сложно пошатнуть.

Но у меня — особый путь. Во-первых, так сложилось, что роли я не ищу — они сами меня как-то находят. Син был первым, кто еще в песочнице нас с пацанами приметил. Затем по тому студенческому фильму меня «выудил» режиссер Ян.

Роль в «Деле» познакомила с «киношным папкой», и уже тот взялся за рекомендации. И не будем забывать про множество отвергнутых мамочкой предложений. Все они были эпизодическими, но они — были.

Плюс сценарист Бай Я — официально станет частью студии Бай Хэ. Это весьма удобно. И даже вопрос с трудоустройством Чу Суцзу значительно легче по итогу было оформить. Представительские расходы, всяческие счета, оплату перелетов и прочее, что приглашающие студии не берут на себя, это всё уместно проводить через Бай Хэ.

Чтобы весь процесс оформления прошел без проволочек, подергал за ниточки и дядя Ян. По знакомству, ага. Кое-где для ускорения выдавались красные конверты («Все так делают»). Я не в претензии, потому как рассматриваю юани как ресурс, а не как самоцель. И стартовый капитал (двести тысяч юаней) пришлось заложить из «водного» перевода от дядюшки Яна.

О студии, как о причине новой маминой экипировки (нельзя выглядеть недостойно), я размышляю в лифте. Отель — высотное здание — оформлен пафосно, номера в нем явно недешевые. Эти расходы — на киностудии.

Даже для помощника номер оплатила киностудия со скромным названием Азия-Фильм. Номер Чу в конце коридора, у пожарной лестницы, но на том же этаже, что и у нас. Номер двухместный, и к Чу подселили студийную стилистку.

После красочной сцены на парковке мать моя невероятная женщина сообщила, что после утомительного перелета всем стоит отдохнуть. Она как бы не только на меня — дочь свою — намекала, но и на подопечную тени-Ян. И та не нашлась с ответом, буквально подавившись: «Вы правы, госпожа».