У бывшего великого наставника и его семьи начинается новая полоса в жизни. Тяготы материальные: дом в плохом состоянии, денег практически нет. Вся округа — бедное селение в глуши. К ним прибавляются моральные терзания: он подвел государя, вверенных ему учеников. И семью тоже подвел.

Господин Лянь так убедительно играет человека, который старается держаться с достоинством благородного, но на деле — опустошенного внутри, что у меня дрожь по всему телу проходит. До самых пяточек. Не за выслугу лет его почитают, а за талант и мастерство.

Мне невероятно повезло, что я могу учиться у такого артиста. Местного — что немаловажно. Моя-то театралка на «ру» и «евро» зрителей ориентировалась. Отличия в мимике, в жестикуляции — их немало, если разобраться.

Мать и дочь продают все драгоценности, которые удалось забрать при высылке. Затем — посуду и платья. Ценой этой малой жертвы им удается сохранить книги главы семьи. Муж отправляет в столицу образцы каллиграфии: она высоко ценится.

Выручить удается немного: от впавшего в немилость Фу отворачиваются все знакомцы. Выручить полную цену за свитки не удается. А ведь нужно обновлять запасы бумаги, туши, еду покупать…

Мрачный период длится до тех пор, пока маленькая Шуан не приводит к отцу нескольких деревенских ребят. И спрашивает: «Папа, ты можешь их обучить?»

Отец сереет аки камни с местных гор в дождливую пору. Отказывается. Дочь делает еще один подход: «А меня ты будешь учить?»

«Хватит. Отучил своё», — ученый разворачивается и уходит вглубь дома.

Шуан в расстройстве убегает из дому — куда глаза глядят. Теряется в осеннем тумане…

Пока снимали эту часть, я запнулась о древесный корень, упала, потянула лодыжку. Лед, тугая повязка… Камера, мотор, начали. Так что не стоит полагать, что актерство — это легкие деньги. Да, мне предлагали закончить на этом, отдохнуть, восстановиться.

Эта ворона встряхнулась, задрала клюв… нос.

— Продолжим. Страх, голод и боль — их испытывает Шуан.

Страха мне недодали что при генерации прошлого моего персонажа (Киры Вороновой), что в этот организм маловато заложили. По-настоящему бояться у меня получается только за близких. За себя — нет.

А тут с этим растяжением — как Ке говорит, удачно сложилось. Еще больше эмоций выдала, сама собой горжусь. Мамуля меня после съемок прижала и не отпускала долго-долго. Как ее такую расстраивать?

А момент, где я в чаще лесной, стал заглавным кадром на официальной странице «Шелеста осенних листьев». И в заставку его включили. В ее завершение, с всплывающими иероглифами — названием сериала.

Эти… люди забавные же не просто так меня спиной в платьишке простеньком фотографировали. Они тот снимок распечатали. И попросили — вежливо! — своей рукой вывести название.

Я написала. Они забраковали. Сказали: слишком аккуратно и красиво даже для дочки ученого. Переделать!

Писать коряво — сложнее, чем кажется. Но я справилась. Именно эти каракули и проступают в финале заставки-вступления. Я их честно предупредила: буду отнекиваться от загогулин. Даже под пытками.

Эти взрослые отчего-то хихикали на эти мои заявления. Возможно, потому что весь процесс тоже снимался на камеру.

Фу Шуан, конечно же, спасут. В этом деле примут живое участие деревенские — включая тех детей, которых приводила в дом малышка. Батя осознает, проникнется. И возьмется за образование пацанят. А еще внесет ряд улучшений в систему ирригации. Отчего рис со следующего сезона начнет урождаться всё лучше и лучше.

Авторитет ученого в деревне взлетит до небес. Его благочестивая супруга тоже внесет вклад: каким-то там тонкостям ткачества обучит женщин.

За физическую подготовку детворы (включая и Шуан) возьмется хозяин таверны. Прежде он служил в «цзюнь», пограничной армии, но получил тяжелое ранение.

Жизнь семьи Фу в глуши станет пусть испытанием, но уже не безнадежным падением в глубокий колодец без шанса подняться. О шансах: для того, чтобы о бывшем великом наставнике вспомнили в столице, улучшений жизни деревенских недостаточно.

О семье Фу вспомнят только тогда, когда в страну придет война. Поражения — одно за другим — подкосят боевой дух армии. В это время возвысится генерал — чуть ли не самопровозглашенный, так как прежний генерал погибнет в бою — из незнатной семьи.

Он сплотит армию, смачно надает по щам вероломным соседям. Прибудет в столицу — героем, победителем. Государь расчувствуется, пообещает выполнить любое желание спасителя всего царства. Ну и права на пост подтвердит, само собой (тут уж без вариантов).