На фоне закатного солнца вертолет выглядел величественно, несмотря на свои раны. Его силуэт, очерченный багровыми лучами, напоминал символ мужества и стойкости. Внутри кабины все было в беспорядке: приборы разбиты, ремни безопасности порваны, сиденья как будто покусаны.

— Да уж, немало ему пришлось испытать, — покачал я головой. — Как же вы сейчас?

— Ну, приходилось и не в таких передрягах бывать, — хмыкнул Михаил. — Ничего страшного. Думаю, что до вашего возвращения сможем починить. Чего тут… плюнуть, дунуть, пришпандорить и всё.

— И всё? — хмыкнула Чопля. — Похоже, что родители именно так тебя и делали! Вы уж тут сделайте всё как надо! Не торопитесь, если что!

— Как скажешь, мелочь летучая, — хмыкнул берендей. — Если что — вам туда!

Он показал в сторону севера. Я подпрыгнул. Высоко подпрыгнул. Где-то в той стороне темнела полоска леса. Идти было недолго. За час неспешного хода можем добраться.

— Ну что же, мы тогда отправляемся, а вы… Мужчины, мы вскоре вернемся, — кивнул я. — Не подведите нас!

— Вы ещё вернитесь, — буркнул Михаил в ответ. — Что-то мне подсказывает, что это не так просто сделать…

Я кивнул и двинулся вперёд. А что? Должен же кто-то взять на себя роль лидера для прохода по кукурузе? Почему бы этого не сделать мне?

— В общем, когда вернемся, чтобы всё было починено! — послышался позади грозный голос Чопли, а следом вскрик. — Эй, ты охренел? Какого чёрта бросаешься кукурузиной?

Я только усмехнулся и пошагал вперёд. Мы отдалились на приличное расстояние от вертолёта, когда в воздухе послышалась странная мелодия. Как будто детская колыбельная, играемая на ксилофоне, но… от этой мелодии в воздухе повеяло холодом, а по коже побежали мурашки.

— Что за хрень? — тут же поинтересовалась наша неугомонная болтушка. — Кто-то врубил музон, чтобы нам веселее шкандыбать было? Так это тухляк какой-то! Вот бы «Стограммштайн» поставили, тогда бы активнее подвигали жопками!

— Сдается мне, что не просто так посреди поля музыка зазвучала, — хмыкнула Баба-Яга. — Никак Полевик озорничать вздумал? Неужто за Лешего мстит?

— Ой, что это с кукурузой? — взвизгнула Чопля, показывая на зеленые стебли.

А посмотреть было на что — стебли начали сдвигаться, становясь непроглядной стеной и образуя коридор. Мало того, задние ряды начали налезать на передние, возвышаясь и образовывая потолок.

— Ай! — воскликнула Маринка, отдернув палец от длинного листа кукурузы, на котором появилась красная капля.

Эта капля тут же всосалась внутрь листа, как будто её никогда и не было. А вот на пальце Маринки появился длинный порез.

— Блин, они острые, как лезвия бритв, — пожаловалась Маринка.

Чопля тут же опустилась вниз, оберегая уши от возможных порезов.

— Дай посмотрю, — тут же потянулась Баба-Яга к Маринкиному пальцу. — Ага, вроде бы не ядовитые. Ну, это уже не плохо. Но вот касаться листьев и в самом деле не нужно. Вот, кровь остановила, завтра порез полностью заживет.

— Ого, как быстро! — восхитилась Маринка.

— Ну, я кое-кого знаю, кто быстрее смог бы, — хмыкнул я в ответ.

— И желательно, чтобы эта кое-кто смогла бы тебя снова увидеть, — парировала Баба-Яга. — Ну-ка, что там впереди? Вроде как просвет?

Впереди и в самом деле появился просвет. Мы двинулись в ту сторону и остановились в небольшом помещении, образованном стеблями кукурузы. Уходящее солнце просачивалось лучами сквозь стебли, поэтому света хватало, чтобы увидеть три своеобразные двери на стене помещения.

— Чо, пля? А что это позади за хрень нарисовалась? — послышался голос Чопли.

Мы моментально обернулись. Позади нас стебли сомкнулись сплошной стеной. От этой стены вертикально встали стебли с торчащими кукурузинами. Как колья внизу охотничьей ямы. И что-то мне подсказывало, что добра от этих торчащих кольев будет не меньше…

Кот Кешка не удивился, что хозяин про него забыл. Да, когда к хозяину приходили самочки, то хозяин порой забывал насыпать еды или налить воды в миску и раньше. Кешка понимал своего хозяина. Когда приходил март, то у него самого просыпались инстинкты и кровь отливала от головы, но приливала к другому органу.

Нет, сейчас кот не был голоден. Он не настолько горделив и скромен, чтобы не залезть на стол и не полакомиться принесенными яствами. Уроненная на пол бутылка с водой подарила достаточно влаги для утоления жажды.

Так что кот смог сам о себе позаботиться, пока хозяин развлекался с самочкой, у которой была копна рыжего меха на голове. А развлекались они везде, где могли. Как будто у них была цель — оставить кусочки своего меха на всех предметах мебели.

Да, Кешка всегда терся боками о мебель в своей прежней квартире, обозначая границы своих владений. Но вот чтобы этим же самым занимались бесшёрстные… Такое он видел впервые. До этого хозяин в основном терся кожей о диван, оставляя всю остальную утварь для Кешки.