Закрыла лицо ладонями.

Вот нахрена было портить отличный секс всем этим, а? Ну неужели нельзя было обойтись без этих идиотских ночёвок под одной крышей? Это просто позор...

– Да не переживай, мне даже понравилось, - этот несносный тип наконец стал почти серьёзным, поворачиваясь набок и подкладывая локоть под голову. Только уголки губ подрагивали от сдерживаемой улыбки.
– Принесёшь мне кофе, Надюх?

Шутник хренов...

– Могу только яд принести, - я стиснула зубы, торопливо натягивая на себя трусы и штаны.

Влад в ответ лишь насмешливо фыркнул. Потянулся за пачкой, прикурил сигарету...

...За стеной палатки внезапно послышались голоса девчонок. Их разбавил мужской смех...

Господи, сколько времени?! Все уже встали? Это что же, я сейчас вылезу из инструкторской палатки на глазах у ребят? Боже мой...

– Влад...
– я плюхнулась задницей на спальник, повернула голову.
– Как я выйду-то? Наташка вон встала... И Галка тоже...

– Ногами, Надь!

Выдохнула, чувствуя, как к горлу подступает ком - нет, мне не стыдно, конечно, просто... Просто так хотелось, чтобы хотя бы эта группа считала меня нормальной приличной женщиной, а не той, кем меня видят в родном посёлке...

– Ну чего ты, Надюх?
– Влад нахмурился.
– Только не говори, что тебя волнует их мнение... Да и что они скажут? Все взрослые люди, а ты будто первый раз в чужой палатке оказалась. В чём проблема-то, я не догоняю...

– Да не в этом дело!
– я шмыгнула носом, продолжая натягивать футболку.
– Не важно, что они скажут, важно - что подумают...

– Да пусть что хотят думают, - Влад непонимающе пожал плечами.
– Как вы там говорите - пусть завидуют...

Горько усмехнулась, хотя в этот момент готова была расхохотаться ему в лицо.

– Это что, Тома твоя так говорит?
– я со знанием дела покачала головой.
– Ну-ну...

– Не катит?
– он сделал глубокую затяжку, озорно сверкая глазами.
– Ну тогда я сдаюсь, Надь. Выйти придётся. И завтрак приготовить тоже, кстати...

Всё-таки улыбнулась. Со вздохом подняла с пола кофту.

– Как же я тебя ненавижу, Влад Андреевич...

– Взаимно, Надь Сергеевна, - он тоже расплылся в ленивой улыбке.
– Надеюсь, ты там подругам своим про меня нормально расскажешь? Ну если спросят... А то сейчас наплетёшь там, что тебе не понравилось, секс был так себе...

– Могу, да!
– я рассмеялась, натягивая кроссовок.
– Ну а что? Скажу, что ты трахаешься отменно, а потом буду очередь от твоей палатки отгонять...

Влад явно оценил мой подхалимажный комплимент. Довольно ухмыльнулся, со всей щедростью отвешивая мне шлепок по заднице.

– Не переживай, до конца похода считай застолбила место рядом с инструктором...

– Сволочь... Я сама вообще-то тоже инструктор...
– я нацепила второй кроссовок. Сгорбившись, прошла ко входу. Оглянулась, пересиливая собственное волнение и расстёгивая полог...

– На завтрак каша. Кто опоздает - останется голодным.

Отвернулась. Вылезла из палатки, полной грудью вдыхая свежий утренний ветерок и подставляя лицо утренним лучам солнца...

– О, гляньте, кто тут у нас!
– громкий ехидный Галкин окрик разлетелся по всей долине.
– Проснулись наши проводники... Доброе утро, Надежда Сергеевна!

Выдохнула, опуская голову, чтобы не видеть понимающие улыбки на лицах девчонок и саркастичные усмешки на физиономиях мужиков.

– Доброе утро, группа!
– гаркнула в тон, привычно пряча нервную дрожь за маской похерфейса. Сунула руки в карманы кофты, направляясь прямо к ним.

Сейчас начнётся...

Но не так всё и страшно, особенно если учесть, что Влад совершенно не стыдится нашей связи. От этого есть ощущение, что я не одна по эту сторону баррикады... Точнее, одна, конечно, но чувство приятное...

***

Как и ожидалось, поток саркастичных шуток оказался неиссякаем. Даже короткое случайное молчание иногда звенело так тонко, что порой хотелось самой уже его нарушить и рассказать всё как на духу... Но я, понятное дело, не собиралась этого делать.

Зинаида только чинно закатывала глаза, Наташка молча и безуспешно давила снисходительную улыбку при взгляде на моё сосредоточенное в готовке лицо, тихоня Таня внезапно активизировалась, засыпая меня вопросами и советами, явно приняв меня за свою в стане "несвободных женщин, путешествующих с мужьями", а вот Галка с Маринкой ржали не переставая, беззлобно подъёбывая каждое моё движение или слово.

С мужиками было проще - они, по всей видимости, ждали самого Влада, чтобы посвятить ему львиную долю скарбезных замечаний и подколов. Только Борис вздыхал и честно сокрушался о том, как ему не везёт в жизни, и даже "жениться" никто с ним не желает, при этом косясь в мою сторону своими мутными с бодуна глазами.