Намного страшнее этой непроглядной ночи.

И даже взгляд его темных глаз немного меняется – чернее любого оттенка, который я могла бы представить.

Сейчас он просто хищник. Бессердечный, кровожадный монстр.

– П-пожалуйста… – хриплю я, и эхо, подобно навязчивой песне призрака, отдается в чернильной ночи.

Нет ни единого шанса, чтобы нас обнаружил какой-нибудь случайный прохожий. Ведь Девлин специально выбрал это место из-за его отдаленности от города.

Мы с Девлином выбрали.

Кто бы мог подумать, что здесь нас постигнет такая разная и в то же время трагическая участь?

– Пожалуйста? – парень растягивает слово, как бы проверяя, как оно звучит в его устах.

Я пытаюсь покачать головой, но не могу, пока он сжимает мне шею.

– Пожалуйста, используй мои губы или, пожалуйста, используй мою киску и попку? – Безумец выдерживает паузу, затем подталкивает меня дальше и наклоняет над обрывом. – Или, пожалуйста, сделай из меня шедевр?

Звуки моего рваного дыхания напоминают скорее животные, чем человеческие.

И снова это противостояние – непрошеное напоминание о том, что, хоть мы и меряемся силами, всем ясно, кто выйдет победителем из нашей игры. Если я продолжу борьбу, он сделает все еще более ужасным, чем можно себе представить.

Как бы я ни сопротивлялась, этому жестокому незнакомцу, кажется, все равно… С видом преступника, который ничуть не раскаивается в своих деяниях, он бесстрастно пожимает плечами.

– Если не станешь выбирать, то я сам решу…

– Губы, – выдавливаю я, не понимая, как у меня получилось произнести это слово. Черт возьми, да как мне вообще удается оставаться в сознании, если учесть, с какой силой он давит.

Только после этого его пальцы медленно разжимаются, однако не отпускают и продолжают держать в плену.

Я наконец вдыхаю долгожданный воздух. Легкие быстро наполняются кислородом, и грудь одновременно пронзают острое жжение, удушье и нестерпимая боль.

Парень поднимает густую бровь и преображается – становится красивым, даже привлекательным, но такая красота свойственна печально известным серийным убийцам, которые используют ее, чтобы привлечь своих жертв. Честно говоря, я не удивлюсь, если он убивает ради развлечения.

В сложившихся обстоятельствах такая мысль, безусловно, неуместна.

Невероятно, как часто я задумывалась о смерти, но когда дело зашло слишком далеко, то сразу испугалась.

Незнакомец, будто появившийся из самой преисподней, проводит большим пальцем по моей верхней губе, так мягко, с нежностью, и это пугает еще больше. Ведь, судя по его поведению и нашему разговору, я не сомневаюсь, что в нем нет ни капли доброты.

– Ты позволишь мне вставить член между этими губами и наполнить твое горло спермой?

Шею покрывают красные пятна, поскольку я не привыкла, чтобы со мной так обращались, но все же поднимаю подбородок.

– Я согласилась не потому, что хочу. А потому, что ты угрожаешь. Если бы решение зависело от меня, я бы никогда не позволила прикасаться ко мне, ты, больной ублюдок.

– Хорошо, что не тебе решать. – Все еще сжимая мое горло, он свободной рукой расстегивает молнию. Звук страшнее, чем плеск волн и шум ветра.

Когда парень вытаскивает свой член, я пытаюсь отвернуться, но он сжимает мне шею и вынуждает смотреть.

Член большой и твердый, и я даже не желаю думать о том, что его возбудило.

К моему рту прижимается что-то теплое, и я смыкаю губы, глядя вперед.

– Открывай, – приказывает он, рукой вцепившись в мои волосы, не позволяя договориться с ним.

Но у меня в душе идет борьба. За надежду, что, быть может, он передумает и весь этот кошмар закончится.

Однако стоило догадаться.

Монстра нельзя изменить или остановить. Монстр стремится только к разрушению.

– Всегда могу поиметь твою задницу и киску. Именно в таком порядке. Поэтому если не хочешь испачкать мой член своей кровью, а потом дочиста его вылизать, я предлагаю открыть рот. – Он ударяет членом по губам, и у меня не остается другого выбора, кроме как разжать челюсти.

Иначе, уверена, парень сдержит обещание, а я не готова узнать, как далеко он способен зайти.

Насколько он безумен.

Его член скользит по моим губам, и желудок сводит от спазмов. Я сглатываю. Это омерзительно. Меня сейчас точно стошнит.

– Не стоит вызывать рвоту, мы еще даже не начали. – Он снова с притворной нежностью дотрагивается до моей нижней губы. – Ты можешь наслаждаться процессом, но если продолжишь сопротивляться, тебе будет только хуже. А теперь соси и уж постарайся.