— А что, эта штука так и будет гореть, пока ты будешь мыть мне спинку? — недовольно заметила она, ткнув пальцем в висевший на стене светильник.

Удивленно взглянув на неё, он ошарашенно заметил:

— А как же ты мыться-то будешь без света?

— Как-нибудь, я же девочка и стесняюсь, а ты только и будешь, что разглядывать меня. Накинь на неё хотя бы что-нибудь, чтобы не так светила или свечку зажги! Свечки то у тебя есть?

«Во, блин, детский сад», — подумал Влад и ехидно заметил:

— Ладно, сейчас сбегаю за свечкой, чтобы не смущать тебя! — и выскочил за дверь.

Через некоторое время, вернувшись со свечой в руках, он увидел, что свет в комнате потушен, халат висит на вешалке, а сама Сойка, судя по плескающейся воде, находилась уже в небольшом своеобразном бассейне в противоположенном углу помещения. Точнее, он это понял, потому что прямо на него взирали оттуда, как у кошки, два горящих огнём глаза, и тут он вспомнил, что кайры видят так же хорошо ночью, как и днём. Судя по всему, этой маленькой ведьмочке кое-что тоже перепало из способностей её мамочки. Поставив стакан со свечой около двери, он зажёг её и, стараясь не захохотать, поинтересовался:

— Ну что, так теперь устраивает тебя? — по помещению тут же разлился тёмно-красный сумрачный блёклый свет. В мерцающем пламени свечи от которого еле были различимы даже контуры, не то что какие-то там детали.

— Вполне, Владик! — пискнула та, и видимо довольная, прикрыла свои чудные глазки. Так как светиться они тут же перестали.

Избавившись от своей одежды, он подошёл к крану с горячей водой и, налив из него целый ковш, разбавил её до, по его мнению, приличного состояния для мытья самых капризных девочек, и направился к ней. Сойка, выбравшись из бассейна, лежала уже вниз лицом на скамейке и, вытянувшись во весь свой рост, блаженствовала от обжигающего её тела пара, которого поддал Влад, плеснув воды на угли. В то же время, повернув голову, она исподтишка наблюдала за ним, полуприкрыв от удовольствия глаза. По всему телу распространялась сладкая истома ещё и вследствие действия алкоголя.

— Ну чего ты там застыл, как изваяние, ты собираешься меня мыть или нет?! — капризно произнесла она, словно приведению в этом колеблющемся тусклом багровом свете, Владу. Разглядывающему её сквозь пелену повисшего в помещении пара и этого призрачного потустороннего мерцающего света, как какую-то экзотическую зверушку.

— Сию минуту, моя радость! — произнёс он, видимо придя в себя от своих грёз, и тут же начал хлестать её веником по спине. Правда, довольно мягко и нежно.

Закатив глазки от удовольствия, Сойка, чуть ли не мурлыкая, начала крутить своей аппетитной попкой и выгибаться всем телом так, что его дружок тут же вырос в размерах и начал колотить ногами от нетерпения и рваться в бой. Застыв с веником, как античная статуя, в руках, Влад сглотнул подступившую слюну от накатившего на него безумного, охватившего всё его тело вожделения к ней и чуть ли не взвыл, как его далекие предки. Желая тут же присунуть свой пульсирующий от дикой, раздирающей страсти свой воспаривший к небу агрегат этой сладкой кошечки.

— Ты чего опять там куда-то потерялся?! — пропищала она обиженно и, приоткрыв глаза, уставилась ими подозрительно на него.

Узрев его малыша в полной его красе и величии, она испуганно взвизгнула и тут же, вскочив на ноги, бросилась в дальний угол и забилась там, дрожа всем телом. Пытаясь, естественно, закрыть руками от него все свои прелести.

«Вот блин заноза на мою задницу!» — подумал он и прикрыв на всякий случай своё мужское достоинство веником, язвительно поинтересовался:

— Ты что это там забыла, давай иди сюда, я ведь тебя ещё не помыл!

Сверкнув оттуда глазами, та испуганно пролепетала:

— Спасибо, конечно, но я что-то передумала!

— Чего это вдруг? — заметил удивлённо Влад.

— Да так, одна штука что-то у тебя смущает! — пропищала та.

— Я попрошу её вести себя прилично! — заметил тот и начал потихоньку приближаться к ней.

— Ты думаешь, она тебя в таком состоянии послушает? — заметила та явно с сарказмом и начала так же потихоньку двигаться вдоль стенки от него.

— А ну-ка, иди сюда! — произнёс тот закипая и, не вытерпев, бросился к ней.

— Мамочка! — испуганно взвизгнула та и попыталась мимо него прошмыгнуть к двери.

Правда не успела, схватив эту бестию за руку, Влад тут же прижал другой рукой её к себе и начал жадно осыпать её лицо и шею поцелуями затем страстно впился в её жаркие сочные губы. Другой он между тем прошёлся по её талии, спустился к аппетитной попке, ласково помял её и невзирая на её попискивания тут же проник пальцами в её уже и так влажную киску. Что-то недовольно пискнув на это, та попыталась его оттолкнуть от себя уперевшись в него руками, но в следующий момент жалобно застонав ещё больше прильнула к нему выгнув свою попку навстречу его движениям руки.

— У м, А ай. У у уй! — пропищала она что-то невнятное качаясь на волне охватившего её экстаза, глубока дыша и томно постанывая.

Убрав руку, Влад повернул её к себе спиной и, разместившись за ней, медленно начал проникать в неё уже совсем другим инструментом. Чувствуя, как в её маленькую пещерку вторгается его ужасная штука, девушка выгнулась дугой и, уперевшись руками в стену, тоненько заскулила.

— О о ой. А а ай. У уй. О у у!

Замерев на минуту чтобы она привыкла к расположившемуся внутри неё своему дружку, Влад обхватил её за грудь рукой и нежно поглаживая её, тихо и успокаивающе прошептал: