Нахмурился.

Так не должно было быть. Дарминец по своей природе не мог сотворить подобное, на такое были способны только летвиры, но перед моими глазами стоял пример совершенно обратного.

— Какого…

— Надо было раньше считать его код ДНК, — офигевающим голосом произнесла НЕЙРО, — Сдаётся мне, этот дарминец — не совсем дарминец.

— Ты хочешь сказать…

— Ага, — кивнула Синтия, — погоди, я сейчас.

НЕЙРО просочилась сквозь стекло, намереваясь добраться до Корнела, но безрезультатно. Слишком большой оказалась арена и слишком маленьким расстояние, на которое она могла от меня отлучаться.

Вернувшись, НЕЙРО огорчённо вздохнула.

— Не переживай. Ещё успеешь «препарировать» нашего знакомого. Зато, теперь понятно, откуда Кармелия обзавелась идеей заполучить ребёнка от летвира. Как дарминцы вообще смогли его воспитать? И почему столь сильный представитель нашей расы, пусть и смесок, оказался неучтённым?

— А вот это ты не у меня спрашивай? — хмыкнула Синтия.

— Это я так, мысли вслух. Хотя, по его внешнему виду и не скажешь. Вылитый дарминец.

— Ага, со способностями летвира.

Я прекрасно видел, наблюдая за схваткой, как дарминец ломал волю твари. Оперировал парень менталом топорно, но действенно. Я бы стал делать по-другому, но тут всё зависело от обучения.

Ментальные удары были плохо разработаны, бил Корнел наугад, пытаясь продавить чистой силой. Неправильный подход. К концу боя он окажется так измотан, что с трудом сможет стоять на ногах.

Дарминец уже сейчас насиловал свой разум, истощая и доводя до последнего предела.

— Синтия, какого хрена его НЕЙРО не даёт подсказок?

— Думаю, она тоже в замешательстве. Развитие симбионта идет вместе со своим хозяином. Оно линейно. Нейросеть летвиров должна обучаться по специальным техникам. НЕЙРО такой же ребёнок, появившийся на свет, как её хозяин: ничего не знающий и не понимающий в первые месяцы жизни. Она взрослеет вместе с носителем. Осознание себя происходит планомерно. К тому-же, без подручных инструментов, подталкивающих к развитию, она вообще может остаться в зачаточном состоянии, не имея возможности ощутить свою целостность и обособленность от своего господина.

— То есть, остаться на уровне обыкновенной нейросети? — поинтересовался у Синтии.

— Да.

— Думаешь, у Корнела именно так и случилось?

— Понятия не имею. Всё слишком сложно и индивидуально. У парня может вообще не оказаться естественной НЕЙРО.

— Хреново.

Лично я уже не представлял существования без своей болтливой подружки.

— Именно поэтому летвиры всегда отслеживают детей, родившихся при смешении рас. Без применения специальных техник, они остаются неполноценными.

— Хм-м, а ты, как я понимаю, с этими техниками знакома?

— Конечно, мы вместе с тобой по ним обучались в детстве. Забыл?

— Кхм-м…

— Ой, точно! Ты же не Сигнус, то есть — не тот Сигнус… В общем, поняла.

— Значит, мы с тобой можем обучить Корнела и развить его Нейросеть?

— Вполне, но не проще ли оставить всё — как есть? Да и зачем тебе это делать?

— По нескольким причинам. Во-первых — мне необходимо перетянуть его на свою сторону и уговорить действовать сообща. Мне нужен верный союзник, который за знания для улучшения своего организма пойдет за мной и не предаст при первом удобном случае. Вдвоём будет сподручнее. Всегда должен быть тот, кто в опасный момент прикроет спину. Во-вторых — если мы оба спасёмся — это даст мне плюсов в глазах жены. Ну, а в-третьих — чисто по-человечески не хочется бросать родственника в беде.

— Так ты не человек, по крайней мере, теперь.

— Сути вопроса это не меняет. К тому же, благодаря тебе, никто из «Космоверта» ещё не понял, что я летвир. Спасибо, Синтия.

Говорить НЕЙРО, что скоро это изменится, не стал, а то начнёт выносить мозг раньше времени.

— Пожалуйста, и запомни уже: ты и я — практически одно целое. Если погибнем — то оба, поэтому, я сделаю всё и даже больше, чтобы мы сумели выбраться из очередной задницы. Подыхать в мои планы не входит.

— Как и в мои, — хмыкнул в ответ, вновь вернув взгляд на арену.

Впрочем, я не переставал следить за действиями дарминца, который уверенно побеждал своего противника.

Со стороны казалось, что Корнел даже особо не старается и бой ему даётся легко, но на самом деле только я видел, как тяжело парню. Если он сейчас не продавит защиту твари, то просто выжжет себе мозги.

Каким образом можно помочь дарминцу — не представлял, поэтому оставалось только молча наблюдать за схваткой и надеяться, что всё закончится благополучно.

Корнел не подкачал.