Диана молча смотрела на него.

— Зачем вы все это говорите мне? — спросила она наконец. Казалось, ему удалось напугать ее.

— Хочу помочь вам.

— Помочь? — Диана нервно рассмеялась, — вы шутите? Спасибо, но в вашей помощи я не нуждаюсь, Сен-Клер, я уже убедилась, что на вас нельзя положиться.

Он снова отвернулся. Сжал губы. Повисло долгое тягучее молчание.

Потом он повернулся к ней, и Диана отступила под его взглядом.

— Диана, — он снова помолчал, подбирая слова, — что бы ни было в Испании, но сейчас я не позволю вас убить. И вам придётся довериться предателю, трусу и победителю женщин. Как видите, я хорошо разбираюсь в последних. Поэтому вы будете делать то, что я вам скажу. Ради вашей же безопасности.

— И не подумаю.

— Тогда можете прощаться с жизнью. И это не угроза, это реальность.

Тут Диана разозлилась окончательно.

— Идите к черту, Сен-Клер, со своими дурацкими подозрениями, своей сестрицей и её подругами, — воскликнула она, — я никогда не попрошу вас ни о чем, уж лучше умереть, чем надеяться на вас. Я один раз уже понадеялась, и еле сумела выжить. Так что прошу вас, оставьте меня в покое!

Она хотела уйти, но Ролан схватил её за руку.

— Поверьте мне, Диана, это все не шутки!

— Отпустите меня! – она вырвала руку, — я презираю вас, я никогда не прощу вам Испанию! И держитесь от меня подальше! Очень прошу вас, как можно дальше!

— Вы поступаете опрометчиво, — усмехнулся он, — поэтому я не принимаю вашего отказа.

Диана, собравшаяся уходить, резко обернулась. Глаза её вспыхнули.

— Как мне убедить вас, Ролан, чтобы вы никогда не подходили ко мне? Я не хочу ни видеть вас, ни говорить с вами! Мне не нужна ваша помощь! Я искренне вас ненавижу! Поэтому оставьте меня!

Она размахнулась и все же ударила его, испытав острое удовольствие, сначала когда её рука коснулась его щеки, и потом, когда увидела гнев в его глазах.

— Надеюсь, так яснее? – прошипела она.

Ролан вдруг улыбнулся. Глаза его были темны от гнева, но на губах заиграла красивая заразительная улыбка.

— Теперь вы уподобились мне, прекрасная Диана, — сказал он, — и мы отлично поймём друг друга.

И прежде, чем она успела ответить, он развернулся на каблуках и вышел из нефа, быстро прошёл по проходу, стуча шпорами, и скрылся в ярком свете дня. Диана, бросившаяся было за ним, увидела только, как взметнулся его чёрный плащ.

— Ненавижу! Ненавижу! – шептала она, боясь разрыдаться. Она наговорила ему столько всего, что он должен был бы навсегда оставить её в покое, а он только смеялся ей в лицо, от чего ей самой хотелось плакать. Почему он не стал оправдываться? Почему не придумал что-нибудь, ведь она готова была поверить в любую глупость, только бы не потерять доверия к нему! Почему…

Занятая своими мыслями, Диана не слышала, как подошла Луиза.

— Ты зря не поверила Сен-Клеру, — сказала она, хмуря брови, — он знает, о чем говорит. И лучше его и его сестру иметь своими друзьями, чем своими врагами.

— Хватит с меня его помощи, — зло сказала Диана. Она все еще сжимала кулаки, смотря ему в след.

— Ролан ничего не сказал, значит ему есть, что скрывать, — откликнулись Луиза.

— Или просто стыдно сознаться, — парировала Диана.

Луиза вздохнула, увлекая подругу к выходу.

— В любом случае, не отталкивай его. Он тот человек, кто при случае может очень понадобиться.

— Не мне, — Диана скрыла лицо вуалью, — я его никогда не прощу

— Какие интересные сведения прислали мне из Испании, — Мазарини поднял увесистую папку бумаг, показывая ее сидящей на софе Анне.

— Ты обещал нечто интересное про Диану дАжени, — сказала та. Руки ее перебирали четки скорее по привычке, чем из религиозного рвения.

— Диана де Ла Бланка, — Мазарини усмехнулся, — так она представлялась в Испании. Я сначала думал, девчонка придумала эту фамилию. Но оказалось, что нет.

Анна вскинула голову и внимательно смотрела на кардинала.

— И нам с тобой предстоит принять сейчас сложное решение, Анна..., — он встал, подошел к софе и сел рядом с королевой. Бумаги в его руках, унизанных кольцами, зашелестели, и Анна нахмурила брови, вчитываясь в текст.

— Она вышла замуж? За капитана фрегата? Это не шутка?

— Это не шутка, а какая-то беспрецедентная глупость, — Мазарини вскинул брови, — девчонка совсем не маркиза дАжени, она вдова испанского капитана.

Анна сжала губы.