Или она попала сюда через какой-то хитрый квест? Помню, Лилит была крайне недовольна её, мммм, покровителем.

— Кстати, что сказал староста? — а вот дядю Жору беспокоили совсем другие вещи. — Дал добро?

Дед вообще не чувствует атмосферу! Я пихнул пенсионера локтем, но тот даже бровью не повёл.

— Чегось? Староста? — подрастерялся от резкой смены тему Бурсус. — Да, дал. Обожди-ка, гном! Никакого добра и старосты, пока свой бардак не утрясёте! Живо к вратам!

Взгляд у медведя был такой, словно мысленно он уже выкинул нас за пределы деревни, в процессе отвесив пинка для дополнительного ускорения.

Спорить было бессмысленно и, обречённо вздохнув, мы направились на выход.

— Бегом! — рыкнул Бурсус.

Пришлось перейти с вялого шага на бодрый бег, пока медведь действительно не начал лапоприкладствовать.

По мере нашего приближения к центру деревни, на её улицах, как и ожидалось, было всё оживлённее. Появление дамочки привлекло ощутимо больше внимания, чем наше недопонимание с кузнецом, и местные бросали дела даже в такой дали от ворот, чтобы глянуть на то, что происходит.

Это потому, что мы не угрожали развалить деревню?

— Когда она от нас уже отстанет? — буркнул я на бегу почти риторический вопрос.

— Кто? — покосился на меня Жора.

— Альде, кто ж ещё, — вопрос гнома меня искренне удивил. — Разве есть другие варианты?

— Справедливо, — крякнул он, соглашаясь с доводом.

— Как «Маскарад» вообще сюда попал? — Иназума задалась тем же вопросом, что и я. — Прохода через Даррат не будет ещё несколько дней.

— Ну, кому как не нам знать, что «Аркадия» — игра возможностей, — вздохнул я. — Может она себе по квесту крылья отрастила и просто перелетела хребет?

Звучало бредово, но если всё действительно так и обстоит, то я даже не удивлюсь.

Пока мы бежали по улицам, большинство деревенских косилось на нас с заметной неприязнью и недоверием. Но оно и понятно. В поселение нас может и впустили, но эффект, вызываемый титулом, это не отменяло. А тут ещё и новая непонятная угроза, возникшая из-за нашего появления.

Вскоре впереди замаячили ворота и я с удивлением отметил, что они закрыты. Альде, конечно, сильная, но не настолько же, чтоб испугать высокоуровневую стражу? Неужели весь клан с собой притащила? Да каким образом?!

— Если они сейчас же не выйдут, то я сама зайду! Поняли, шерстяные?! — раздалось впереди.

Я озадаченно нахмурился. Зычный голос, доносившийся из-за стены, хоть и звучал знакомо, но как-то не походил на обычный тон Альде. Был резче, грубее, без присущих главе «Маскарада» кокетливо-садистских ноток.

Мы же не могли её настолько разозлить?

— Они тут! — зарычали с разных сторон, когда мы вклинились в основную толпу перед деревенскими стенами. — Отворяй ворота!

Толпа разошлась, пропуская нас вперёд. Грохнули отодвинутые засовы и большие створки врат, скрипя петлями, начали распахиваться, позволив встретиться взглядом с узкими вертикальными зрачками ярко-жёлтых глаз той, что прибыла по наши души.

И, глядя на неё, мы невольно замедлились.

Это была не Альде. Это было куда хуже.

— Йопт, — безрадостно буркнул Жора.

— А мы влипли, да? — безмятежно спросила Иназума, сразу же убирая с пояса свой повседневный меч и вновь экипируя чёрную катану.

— Старче, нам срочно нужно зелье стремительного сваливания в закат, — сообщил я гному, глядя на рыжую фигуристую красотку за воротами. — Есть такое?

— Такого нет. Но можем попробовать уйти в оффлайн, — поделился идеей гном.

— Не уверена, что поможет, — вздохнула японка.

Я был с ней полностью согласен.

— Наконец-то, встретились! — радостно заявила рыжая, заухмылявшись, и кончики её пышных волос, украшенных черепками-заколками, яростно запылали. — Пришлось же за вами попетлять.

Она сделала несколько шагов вперёд, сразу вызвав панику среди веребеаров и оставляя после себя горящие следы, и, вытянув руку в чешуйчатой перчатке, ткнула пальцем в наши замершие фигуры.

— Вы, трое, идите сюда! Мы должны закончить наш бой!

Вопросы в голове крутились в типичном для подобных ситуаций диапазоне от «Как?» до «Что делать?», так как Инбар была, пожалуй, последней персоной, кого мы ожидали тут увидеть. Точнее, стоило сказать по-другому. С неё начинался список тех, кого мы не ожидали увидеть.