После чего аккуратно решил проверить те самые легендарные керамические клинки. Ведь его сейчас больше всего интересовало это не совсем обычное оружие. Один клинок лежал рядом. А второй всё ещё сжимался пальцами его хватательной конечности. Скорее всего, это мёртвое насекомое, уже умирая, всё же попыталось выхватить второй клинок… Но было уже поздно.

Слегка приподняв эту достаточно гибкую конечность, Серг осторожно разжал его пальцы. Всё-таки его немного напрягал сам факт того, что этот труп был вооружён. Мало ли… Вдруг какая-нибудь судорога заставит его конечность дёрнуться? И что тогда? А тогда он может умереть. Быстро. И это в лучшем случае. А в худшем – может стать инвалидом. Хотя и этот исход событий приведёт его к смерти. Но очень мучительной и медленной.

Хитин сочленений Арха тихонько скрипнул и этот достаточно крупный, но всё ещё очень опасный клинок выпал в его ладонь. И в этот момент паренёк от неожиданности вздрогнул. Ведь он ожидал, что вес этого оружия будет соответствовать его размеру? А он был… Лёгкий… Пугающе лёгкий… На вид – тонкий, почти хрупкий, но когда Серг дотронулся кончиком пальца к лезвию, то практически сразу почувствовал, как кожа чуть не разошлась от одного касания. Длинной почти в его локоть, слегка изогнутые лезвия действительно чем-то напоминали… Змеиные клыки. Он видел такие, когда охотничья партия, в которой был его отец как-то принесла в посёлок убитую змею. По цвету лезвия были чёрные, гладкие. А при вращении из-за бликов создавалось впечатление того, что они могут быть светлыми и даже желтоватыми. Как старая кость. Но, если посмотреть под углом, то на их поверхностях можно было увидеть странный узор. Этакий тёмный дым, закручивающийся в глубине керамики. А вот их рукояти были сделаны из кости. Гладкой… Белой… Но с вкраплениями тонких, чёрных линий. Они также сплетались в достаточно сложный рисунок. По которому взгляд просто скользит. И даже теряется… Как будто тонет.

Аккуратно подняв это оружие, паренёк слегка покрутил его в руке стараясь приноровиться к его балансу. И понял, что несмотря на то, что рукоять не слишком подходила под руку человека, но всё равно была достаточно ухватистой. Так что пользоваться таким оружием даже он мог бы вполне уверено. Но для этого сначала нужно было понять то, чего можно было ожидать от такого оружия. Поэтому, немного подумав, Серг всё же подошёл к ближайшей стене. Нашёл старую, и даже слегка проржавевшую панель… Задержал дыхание… Поднял клинок… И.. Сделал всего один лёгкий, почти небрежный взмах рукой… ШРРРРК! Этот звук был… Каким-то не совсем естественным. Не металла по металлу… Не ломающегося железа… А такой… Будто резко разорвали какую-то ткань. Вот только эта ткань была сделана из стали. И эта панель развалилась надвое. Срез получился очень чистый… Ровный… Гладкий, как стекло… Увидев это Серг поражённо моргнул. Потом сжал рукоять этого керамического меча покрепче. Эти штуки… Эти штуки могли убить его за долю секунды. Но теперь они были у него в руках. И он даже некоторое время приноравливался к ним… То к одному… То к двум одновременно…

Но это не совсем обычное оружие было не единственным, что могло бы ему впоследствии пригодиться. Поэтому Серг снова присел у трупа Арха , провёл рукой по панцирю на груди. Этот защитный панцирь из хитина был очень твёрдым. Но при этом… Лёгким. Для проверки он нажал сильнее… Но тот не продавливался. Попробовал царапнуть своим старым охотничьим ножом… Ничего… Слегка задумавшись, он медленно покачал головой. Так не пойдёт. Но если найти способ… Если аккуратно разрезать хитин на подходящие по размеру пластины… То из полученного материала можно будет сделать для себя броню. И не просто броню. Настоящую защиту. От ударов. От зубов. И, может быть, даже от болтов из самострелов…

Подумав об этом, Серг снова внимательно посмотрел на тело убитого им насекомого. Что явно произошло совершенно случайно. Теперь он знал, чем займётся в ближайшее время. Но даже приняв это решение он стоял над мёртвым Архом и думал. И всё только потому, что он прекрасно понимал тот факт, что просто ножом тут не справиться. Слишком прочный панцирь… Слишком гладкий… Слишком живучий даже после смерти… Всё также задумчиво он медленно провёл рукой по груди насекомого, по чёрным, отполированным пластинам, каждая из которых перекрывала другую, словно крыши домов, складывающиеся в единый купол. Как снять их? Как не испортить?

Продолжая размышлять, он поднял один из керамических клинков. Ведь они могли резать металл? Может быть они точно также справятся и с этим? Поэтому он и решил попробовать. Но очень осторожно. Для этого он нащупал сочленение между пластинами на боку существа. Тонкая щель, тёмная, почти незаметная. Аккуратно вставил туда кончик клинка, и… Нажал… Тихий, сухой треск… Керамический клинок вошёл туда так легко, как обычный нож в гнилую материю. Серг затаил дыхание… И медленно и плавно провёл лезвием вниз. И панцирь этого существа начал поддаваться, отделяясь от мяса, обнажая тёмную, влажную плоть. И тот самый непривычный и немного странный запах поднялся в воздух. Сухой… Терпкий… Не тухлый, не гнилой, а почти смоляной, как будто он резал старую древесину, а не тело живого существа.

Но он всё также резал медленно, и методично… Одна пластина… Вторая… Третья… И чем глубже он вводил этот необычный клинок в плоть Арха, тем легче он двигался. Будто даже сам организм Арха разбирался на части сам… Будто он не был сплошным, а всего лишь собранным из деталей, каждая из которых теперь уже знала, как ей нужно отделиться от общей конструкции. Так что, к концу этой процедуры, он уже действовал быстрее, словно зная, куда нужно давить, где подрезать, а где просто отщёлкнуть пластину, как крышку старой коробки.

Теперь же ему нужно было утащить всё это в своё укрытие. Но он не мог сразу унести всё. Слишком тяжело… Слишком много, и неудобно… Поэтому он и разделил добычу. Часть хитина, коробочки, ремни и второй клинок – всё это пошло в вентиляцию первым рейсом. При этом он двигался осторожно, неслышно, словно тень. И это несмотря на то, что коридор всё также дышал пустотой. Никаких посторонних звуков парень за всё время так и не услышал. Только его шаги… Только шорох панцирных пластин… Только биение его собственного сердца в ушах.