– Ага.

Кошка приняла заслуженные трофеи и пошла, всё же, справить нужду, прежде чем вернуться к сестре и дурочке. Мрачные мысли не давали уснуть, заставляя вспоминать, скольких людей она убила, своими руками или принятыми решениями. Вина заставляла сердечко покалывать в груди, но вместе с этим Эрио находила себе оправдания, главное из которых мирно сопело рядом. Она понимала, что готова сделать намного больше ужасных деяний, чтобы Котёнок и дальше мог сыто кушать и беззаботно спать. И всё же что-то внутри говорило, что поступать так – неправильно. Жаль, оно не могло ответить, как именно должно жить, чтобы защитить сестру и сохранить совесть.

***

«Выберите тёмную награду:

1, Легендарная аура страданий: в радиусе десяти метров все враги получают +12% к болезненности ощущений.

2, Легендарное усиление компаньона: выбранный компаньон навсегда получает +40% к восприятию, но снижает прочность на -20%.

3, Легендарное усиление пользователя: навсегда повышает восприятие на +24%.

4, Легендарное усиление ауры устрашения: +8% к силе эффекта, усиливает эффекты страха и паники на 4%.»

Эрио безразлично пробежалась глазками по свитку и без раздумий выбрала параметр, которым долго пренебрегала. Все звуки, запахи, ощущения от прикосновений одежды, усилились не на четверть, а в несколько раз, сковав тело и разум. Кошка совершенно потерялась в пространстве, пока пребывала в странном оцепенении, от которого кололо в висках и сильно мутило. Постепенно всё стихало, превращая писк в ушах в громкие голоса, невыносимую вонь в привычные ароматы наёмничьего лагеря, а болезненные касания рубахи в нечто терпимое. Полежав ещё несколько минут, она немного привыкла к обновлённым ощущениям, переоделась, и покинула шатёр.

Близился рассвет, а наёмники суетились, готовясь к отбытию. Нет, скорее, присутствовало нездоровое оживление, которого она прежде не замечала, а потому направилась к беззаботно сидящей у костра Ведьме.

– Они подожгли город, пустив пламя по ветру. Нет, тело доставили после того, как они начали. Жители пытаются тушить пожар, но он охватил уже четверть города и не собирается останавливаться. Сам Липпе с армией направился прямиком к своему графству, по самому широкому тракту. Мы сможем навязать ему бой после обеда или обогнать и подготовить ловушку к вечеру.

Кошка поджала губки, чувствуя, как скверное настроение постепенно превращается в гнев. Теперь она поняла, что именно делало суету такой необычной. Наёмники хоть и сами не прочь сжечь город, если это позволит сохранить им жизни и одолеть врага, но, в большинстве, не гордились такими поступками. Захватчик же словно забавлялся, лишив жизней, крова и будущего тысячи людей, без всякой причины.

– Стоило прикончить его тогда.

Эрио укорила себя за то, что не попыталась убить злодея, когда представилась возможность, хотя понимала всю глупость такого поступка.

– Твоей вины в произошедшем нет – такова война. Но это ещё не всё. Он взял с собой около двух сотен детей и женщин, явно собираясь использовать, как щит, когда мы нападём. Это немного подорвёт наш боевой дух, однако я не понимаю, на что он рассчитывает.

Кошка тоже ничего не понимала. Действия врага казались глупыми, словно у капризного ребёнка, которого заботит лишь собственная злоба.

– Зачем он сжёг город? Это ведь ничем ему не поможет, только прогневит всех.

– Верно. Я думаю, граф поступил так по простой причине: не мне, так никому. Восстановление столицы займёт у будущего графа много времени и ресурсов, а значит и мстить ему будет некогда. Согласись – разумное решение, если смотреть на годы вперёд.

Слова Ведьмы казались невероятно жестокими, но одновременно с тем совершенно естественными. Ограбить врага и подбросить ему проблем на годы вперёд, если вынужден терпеть его существование поблизости – идеальный вариант. Вот только был в нём один единственный изъян – воришке нужно сбежать в безопасное место. Значит, пленники ему нужны как раз за этим. Но она никак не могла понять, как же они должны спасти Липпе от возмездия?

– Да, разумное… А церковь разве не должна осудить такие злодеяния?

Мод улыбнулась и даже приоткрыла глаза, чтобы изобразить на лице веселье.

– Пусть Мария расскажет тебе, как на подобные выходки отреагирует её начальство.

Подошедшая монахиня присела возле Кошки и привычно стала вливать святую силу. Внешне рана полностью затянулась, оставив лишь розовый шрам, но мышцы, кости и сухожилья ещё не восстановились даже наполовину, а там, откуда Эрио черпала ману, всё обстояло несколько хуже, требуя больше времени на полное исцеление.

– Церковь не вмешивается в войны аристократов. Бывают исключения, когда иноверцы или силы зла начинают слишком вольготно себя чувствовать. Тогда Папа может приказать прекратить склоки, пока угроза не исчезнет, так или иначе. Изредка сами аристократы обращаются ко злу, и тогда церковь не остановится, пока не отправит еретиков на Суд Божий.