Почему же Ленг летел не на Альскиби?

Он ещё в пути. Как только мне удалось дотянуться до его сознания, я рассказал Альскиби о произошедшем, a он сказал Ленгу. Последний кое-как добрался до частокола, освободил и оседлал меня. И вовремя.

Я села. Мы устремились вниз, на поле, где стояла палатка Ленга.

Нужно забрать его лекарство. Он настаивал.

— Ленг? — я потрясла его за ногу. Ленг медленно повалился на спину Раолкана, так что мне показалось, будто бы он просто уснул, но, судя по открытым губам, он потерял сознание. — Потерпи.

Я скучал по свободе! Как же хорошо!

Как только доберёмся до лагеря, нужно будет взять его вещи, и нам снова придётся пуститься в бега. Нельзя допустить, чтобы чародеи нас поймали.

Не поймают.

Мы спикировали на поле; Раолкан вытянул вперёд лапы и сложил чашечкой крылья, готовясь к посадке. Из палатки вышел Тред; он заскрежетал зубами и поднял руки над головой, как сделала Корриган, когда испепелила Раиса. Раолкан, осторожно!

И вот в нас летел огненный шар, а Раолкан пытался одновременно увернуться от него и сойти с намеченного курса. Мы кувыркнулись в воздухе. Я мёртвой хваткой вцепилась в корзинку. Мощный удар почти что выбросил меня из неё, и только когда мы остановились, я смогла понять, что к чему. Раолкан лежал животом на земле, неловко подвернув одно крыло. Ленг очнулся, потревоженный то ли жёсткой посадкой, то ли лихорадкой, моргнул и медленно шевельнулся.

Tред направился к нам, вновь воздевая руки, и я, забравшись в седло, села перед Ленгом. Ходить я не могла. Оружия у меня не было, но, по крайней мере, была возможность закрыть собой Ленга от основного удара.

Собравшись с духом, я приготовилась встретить неминуемый шквал огня.

Мимо нас пронеслись золотистые языки пламени, но они исходили не от Треда. Ударив ученика чародея прямиком в грудь, огонь сбил его с ног, и в ту же секунду он вспыхнул подобно зажжённому факелу. За считанные мгновения его тело превратилось в горстку пепла. Я раскрыла рот и, резко развернувшись, увидела Aльскиби и мастера Лемана верхом на Липсейне. Именно их пламя испепелило Треда.

Успел ли Тред ранить Раолкана?

Немного задело. Но лететь смогу.

Липсейн опустился рядом с нами, и мастер Леман закричал:

— Что происходит?

— Нам надо забрать лекарства Ленга и сбежать, пока маги не вернулись!

— Что? — На лице мастера отразилось то же изумление, что и у Раиса, когда я просила его о помощи. Меня накрыло ужасное чувство дежавю. — Tред действовал не в одиночку?

Рядом на земле валялись деревца — прошлой ночью их срубили красные и зелёные всадники, чтобы установить себе палатки. Я спешилась и скакнула к одному из них, хватаясь за него как за своего рода костыль, чтобы дойти до палатки Ленга.

— Они убили Раиса, — бросила я на ходу. — Хотели убить меня и Ленга. Они задумали забрать всех драконов и отправиться в кастел Стари.

— Зачем им это делать? — Глаза мастера Лемана внимательно изучали окрестности, как будто ответ крылся где-то рядом.

— Мы узнали, что они хотят поднять восстание против Доминиона, — я нырнула в палатку, схватила лекарства, воду и, скатав спальник, спешно повязала его верёвкой. — Раис разжёг костёр, чтобы предупредить вас, — я вышла из палатки, доверху нагруженная разным скарбом.

— Стари? — повторил он. — Где она?

— С магами, — я доковыляла до Раолкана и засунула вещи Ленга в широкий кожаный карман на седле. Лишь некоторые из моих вещей оказались на месте — те, что я не снимала с седла. Бегать за оставшимися было уже поздно. Надеюсь, мне будет во что переодеться, потому что я уже запачкалась.

— Бессмыслица какая-то. Может быть, ты тоже заболела?

— Вы умеете снимать оковы с драконов? — спросила я. — Ленг освободил Раолкана.

— Любой опытный всадник умеет это делать, — ответил мастер Леман. — Но постой, ты что, хочешь, чтобы мы сбежали с драконами Стари и Раиса?

Я посмотрела мастеру прямо в глаза.

— Именно об этом я и говорю. Нужно уходить. Сейчас.

Я села на Раолкана, надела портупею и постаралась усадить Ленга так, чтобы ему было комфортно. Корзинка, в которой он летел ранее, висела на соплях, и, осмотрев ремни, я увидела, что один из них лопнул, а второй ослаб. Придётся от неё избавиться и оставить здесь. Должно быть, я своим падением изрядно её помяла. Я принялась за работу, невзирая на протесты мастера Лемана. Мгновение спустя корзинка стояла на земле.