— Кое-что наоборот… — в рифму ответил стонущему на полу брюнету и ступил на лестничную площадку.

Альфачика я хотел вывести за стены академии через южные ворота. Небольшие, те самые, что я выбил, когда мчался с Мариной во весь опор, чтобы спасти раненого волчонка.

Солнце теперь поднималось позже и только-только выглянуло из-за гор на востоке. По пути мы встретили директора Степан Степаныча, который чуть от радости не запрыгал, увидев огромного Лютоволка. Директор горячо поприветствовал меня.

— Всю жизнь мечтал о собаке, — говорил он, поглаживая волка по шее.

Для этого ему приходилось поднимать руку выше головы. Да, директор Пятигорской академии ростом не отличался. Но в его маленьком теле заключалась огромная сила. Я лично проверил. И больше проверять не горю желанием.

— Только он не собака.

— То есть палку с ним покидать не выйдет? — сник Степан Степаныч.

— Только если небольшое бревно, — пожал я плечами. — Палка для него всё равно что зубочистка.

— Бревно, это мы можем! — Директор улыбнулся, поправил очки и закатал рукава бежевой рубашки. — Заодно потренирую Инсект лишний раз! Дубов, а ты не против, если я немного поиграю с твоим… волком?

— Я же обещал. Только ему поесть надо, так что пусть поймает какого-нибудь кабанчика сперва.

— Это мы обеспечим! — ещё шире заулыбался директор, довольно потирая руки.

— Альфачик, не шали! — шутливо погрозил пальцем волку. А он зевнул, показав огромные зубы, и клацнул, захлопнув пасть. Директор аж вздрогнул. Я думал от испуга, ан нет.

— Какая прелесть! — чуть не захлопал в ладоши он, уводя Лютоволка за собой через ворота.

Думаю, проблем никаких не будет, и к вечеру они оба вернутся. Обстановка в академии была спокойная, так что директор мог себе позволить небольшой отдых. А волку полезно побегать на улице.

Я же направился обратно в здание академии. Нужно успеть позавтракать и выпить литр-другой кофе перед началом занятий. Вошёл через главную дверь в холл, а он чуть не битком был забит студентами. Основная масса столпилась у большого стенда слева. С той стороны доносились недовольные возгласы и стенания. Даже чуть ли не драка назревала.

Ну и что случилось на этот раз?

Гул голосов поднимался над толпой студентов и накатывал, как волна, подобно шелесту ветра в вершинах деревьев. Только ветер обычно не матерится и не ноет, а тут…

— Блин, да как так-то, а?! — вскрикнул кто-то у большого стенда с вывешенными на нём листками бумаги.

— О боже, что я маменьке теперь скажу?

— Это прэвышение всяких палнамочый! Экзамэны пасреди сэместра!

— Это просто проверочные работы, господин Мамедов.

— Нэт, экзамэны!

Что ж, именно по этой атмосфере общего страха и негодования, вызванных учёбой, я скучал в Петербурге. Но чем же вызвана такая реакция на этот раз?

Впереди возле стенда увидел ярко-голубую головку княжны, а рядом с ней брюнетку и шатенку с бронзовой кожей и выжженной прядью. Распихивая тех, кто не успел посторониться, прошёл к ним и понял наконец в чём дело. Вывесили результаты вчерашних контрольных. Машинально нашёл свою фамилию на одном из первых листков и ознакомился с результатами.

Лучше, чем боялся, и хуже, чем хотелось бы. Всего одна тройка, но и пятёрок нет. Впрочем, другого результата ожидать и не стоило, ведь сложно подготовиться сразу по куче предметов всего за несколько дней. Постоянно то на бал надо идти, то тебя убить пытаются… Никакого спокойствия. К тому же практические знания и умения куда важнее каких-то отметок.

Девушки заметили меня. Княжна лукаво улыбнулась, Вероника подняла на меня заплаканные глаза и промычала «Г-господин…», Агнес задумчиво почесала подбородок и пожала плечами, а Лакросса сжала кулак и ударила по стенду. От неожиданности стоявший рядом белобрысый студент побледнел и схватился за сердце, медленно осев на пол. Я пару раз шлёпнул его по щекам, приводя в чувство. Кажется, немного переборщил. Щёки покраснели, но глаза в кучу собрать он ещё долго не мог.

— Я должна быть лучшей! — сопела оркесса. — Почему у меня четыре по оружейному мастерству? Главное — отлично стрелять, а остальное… Кому вообще нужно знать устройство винтовок? Только каким-нибудь гномам или оружейникам!

— Эй! Что значит «каким-нибудь»? — раздался писклявый голос снизу. Я опустил глаза и увидел молодого гнома, которого, видимо, по обмену прислали. — За оружием нужен уход, иначе оно не будет работать!

— Не парься, друг, она это не со зла, — сказал я ему. Гном что-то пробормотал и ушёл, стукая по коленкам тех, кто мешкал уступить ему дорогу.