— Назад, назад! — скомандовал Тем, стараясь освободить как можно больше пространства для возможного маневра. Что не говори, а реакция оборотней все же значительно быстрее вампирской.

Отскочив назад и не размыкая веки, женщина медленно прошлась, словно скользнула, вдоль стены, будто прикидывая с какой стороны лучше напасть, но все произошло быстро. Зашивая платье, Анечка случайно уколола палец. Она даже не успела ойкнуть, а Витторина уже нацелилась ей в горло, но была сбита бдительным Рустемом и впечатана в пол так, что плиты покрылись сетью мелких и крупных трещин. Ловко извернувшись женщина снова отступила и напала, уже меньше раздумывая.

Оборотень перехватил ее за плечи, стараясь не поранить. Он знал возможности вампирского тела, его прочность, но…он все еще любил ее, и эта мысль печально засела в его разуме, сердце и душе. Оборотень вздрогнул, когда заметил, как его буравит взгляд фиалковых глаз. Она наконец-то очнулась. Одно неуловимое движение и Витторина снова стояла у стены. По ее реакции Тем понял, что ее это напугало. Еще не успела подумать, а тело уже отреагировало, по крайней мере, так ему рассказывали. Медленно, очень медленно она склонила голову к плечу, с любопытством рассматривая оборотня, будто видела его первый раз, что по сути так и было, учитывая вампирское зрение.

— Тем, а это… — начал было Матвей, но тот цыкнул на него. Ведь любое неаккуратное движение сейчас могло повлечь неопределенные, но весьма опасные последствия.

— Тем… — ее голос тоже изменился, в них прорезались какие-то доселе не различимые нотки, но удивительно мелодичные, звенящие, как колокольчик.

— Это я, Витторина. Как ты и говорила, все произошло.

Она резко отвернулась и вздрогнула от того, насколько быстро это произошло. Ее пугало это.

— Зеркало. Здесь есть зеркало? — напряженно спросила она, не торопясь поворачиваться обратно.

— Левее от тебя, два метра, — спокойно отозвался оборотень.

Ее тело снова скользнуло, в мгновение ока замирая напротив большого зеркала. На полминуты повисла гнетущая тишина, а потом свод разорвал крик боли и ярости. Она смотрела на свое изуродованное тело и думала лишь о мести, представляя, что и как сделает с виновником. Красивое спортивное сейчас оно было безобразно худым с огромными кровавыми потеками и сине-желтыми синяками.

— Она также реагировала, когда я ее байк завалила, — почему-то вспомнила Аня, позволив себе грустную улыбку.

Резко обернувшись, Витторина быстрым взглядом окинула тех, кто оказался с ней заперт в одной комнате.

— Ну допустим… — уже спокойно произнесла она, чуть приблизившись, но остановившись на порядочном расстоянии, чтобы не нервировать себя же и свою жажду. — Вы друзья Камуи, как я понимаю, — ее взгляд лихорадочно запоминал некромагов, видимо, чтобы не допустить недоразумений в будущем. — Тем, — она снова посмотрела на него, но уже тепло и более спокойно, будто повлияло его присутствие.

Но ее взгляд задержался на других. Она удивленно вскинула брови, рассматривая Анюту и своего сына, будто не знала с кого начать разнос.

— Кто ты? — Витторина сделала два шага вперед, но почти сразу отступила назад, испугавшись того, с какой скоростью стала двигаться. Рустем спокойно отошел назад к стене, готовый в любую секунду остановить Смерть и не позволить ей совершить непоправимое, но в тоже время доверяя, видя, что Смерть контролирует себя.

— С ума сошла?! Ты меня не узнаешь? — Аня испуганно повернулась к оборотню, будто ждала от того какого-то неутешительного диагноза для своей подруги.

— Внешне — да, — Витторина вновь двинулась вперед, но уже очень медленно, словно ей приходилось сдерживать каждый свой порыв. — Поэтому я и спрашиваю — кто ты?

— Я Анька, подруга твоя, — девушка возмущенно уперла руки в бока.

— Ты не можешь быть ей. Моя подруга мертва.

— Вот голова твоя бедовая, — Анька решительно двинулась навстречу возможно собственной смерти. Во второй раз.

Витторина замерла и кажется перестала дышать. По сдвинутым бровям, Тем понял, что ей тяжело себя сдерживать, но все же она контролирует ситуацию. «До первого сна», — издевательски пропел голос в голове оборотня и почти тут же он натолкнулся на тяжелый взгляд Соколовой, которую не радовал подобный исход. Но сам факт, что она по-прежнему слышит его мысли почему-то обрадовал Рустема, несмотря на некоторые неудобства.

Анюта тепло обняла за шею подругу и вдруг разрыдалась.

— Это я, твоя Анька. Ты помнишь? Скажи, что помнишь, — просила она, пока Вита стояла столбом, как истукан, боясь пошевелиться.

— Но этого не может быть. Ты умерла. Бога ради, да я на опознание ездила, хоронила тебя… — новоиспеченная вампирша удивленно посмотрела на оборотня, ища поддержки.

— Спроси что-нибудь, что можете знать вы вдвоем, — Рустем флегматично пожал плечами и взгляд девушки задержался на шее, заметив пульсирующую жилку. Горло резко опалило огнем. Поморщившись Вита снова посмотрела на девушку. Один в один, как ее подруга. Один в один.