— Ты несешь угрозу для моей сестры. Я настоятельно прошу не участвовать в ее жизни.

— Ах простите пожалуйста, — Витторина картинно всплеснула руками и почти зло уточнила. — И чем это я опасна? Тем, что дважды обнаружила твою сбежавшую сестру в столице и вернула в Академию? — в ее голосе послышались непривычный нотки гнева. — Я виновата в том, что могу найти время на твою сестру, в отличии от тебя? А когда она болела, почему-то рядом были только мы с Анечкой. Когда требовалось купить ингалятор, я ездила в город. В чем тогда претензия?

Сергей смотрел на нее задумчиво прикусив губу, понимая, что черт возьми, а она права.

Именно Витторина нашла время для его сестры и поддерживала ребенка, не давала в обиду.

— Ты можешь объяснить, что не так? — уже спокойно спросила она.

— Это сложно…я…не могу, — он вздохнул, покачав головой, а потом поразмыслив спросил — Может пойдешь со мной на свидание?

Ее карие глаза широко раскрылись, а в следующую секунду жалящая пощечина обожгла лицо мужчины.

— Лучше б ты находил время для своей сестры вместо того, чтобы баб кадрить.

Мстислав усмехнулся. Он не прогадал. Проводив долгим взглядом девушку, спешно направившуюся в сторону спортивной площадки, Шархан сбросил Барьер невидимости и скрестив на груди руки, произнес:

— Никаких свиданий с ней.

— Думаешь, что имеешь на нее больше прав чем кто-либо из нас? — зло уточнил Сергей. — Или боишься, что она могла бы предпочесть меня тебе?

— Нет. Но я думаю, что сестре своей ты все же нужен живым.

— Жаль, — мужчина печальным взглядом посмотрел на Смерть. — А я думал, что могу претендовать на твою любовь. Все дело в Шархане, да?

— Как знать, — она пожала плечами, чувствуя, как тяготит этот разговор.

Мобильный телефон Сергея внезапно ожил, издавая трель из внутреннего кармана куртки. Мужчина достал его и побледнев вздрогнул, увидев, кто звонит.

— Да, — ответил он и выслушав короткую тираду, сообщил. — Понял.

Вита не стала акцентировать внимание на том, что слышала каждое слово сказанное Шарханом. Конечно, ее муж был в курсе и естественно напомнил своему другу об обязанностях.

— Мне пора идти, — извиняющимся тоном произнёс он.

Она вежливо улыбнулась. Ей пора ехать — впереди концерт.

Матвей с одноклассниками вновь смотрел прямой эфир международного конкурса. И в этот раз эмоции были совершенно другие. Он безумно волновался. Раньше, зная лишь образ рок-группы «Феникс», Матвей восхищался дерзкой вокалисткой. И его мнение изменилось. Его мама. Милая, родная, заботливая и невероятно сильная. Она иногда капризничала как ребёнок, но могла взять ответственность на себя. В длинном путешествии было время узнать много нового для себя, открыть заново характер мамы. Он видел ее раньше в строгом белом костюме, безупречной, заботливой и очень мягкой, любящей. В путешествии Матвей узнал, что его мама очень жесткий и волевой человек. Но по-прежнему бесконечно любящий.

Теперь зная, что есть проблемы во внешней политике, которые вынуждены решать родители, «Феникс» вынуждены держать марку и отстоять свою свободу. Их много раз пытались смешать с грязью, но они, словно из пепла всегда восставали. И теперь переживания были острее. Матвей не представлял какому прессингу подвергались его родители.

Только-только закончила своё выступление финская рок-группа.

— И это было потрясающе, — радостно проговорил ведущий, наблюдая шоу за кулисами. — Но очень интересно, кто станет вишенкой на торте.

— Есть сведения, что группа «Феникс» все-таки выступит, — включился второй диктор.

— Оу, но как так? Ведь их старая программа не была утверждена на этот конкурс.

— Есть сведения, что комиссия не смогла оценить новый трек. Единственным условием стало, чтобы композиция не была выпущена в этом месяце. Значит ли это, что нас ждёт нечто новое и совершенно неожиданное?!

— Как знать, коллега, — ведущий наигранно рассмеялся. — Возможно это станет серьезным испытанием для группы, которая только недавно закончила свои полномасштабные выступления на территории Андеграунда. Как думаешь, какие шансы, что они впервые провалятся в этом конкурсе?

— Думаю шансы пятьдесят на пятьдесят, — поддерживал каламбур диктор.

«Вот сволочи!» — со злостью подумал Матвей.

— Они глумятся, — тихо заметила Ангелина.

— Ничего. Мама и не таких обламывала, — сквозь зубы прошипел Матвей.

Мама. Зная, что она может стереть в порошок целый город, Матвей размышлял о том, насколько недальновидно поступают те, кто слабее. Они провоцировали. Группу пытались подколоть, делая прогнозы на провальное выступление.

Глеб вздохнул: