— Может, наконец, кролики… Но тогда зачем им мой топор… — прошептал я, заметив движение на краю зрения.

И не одно, а сразу три, четыре, пять… целая стая! Воздух зазвенел от визгливых криков, кучи мелких, но злобных мохнатых карликов! Слева, справа и сверху! На меня прыгнула обезьяна, уже в полете замахиваясь когтями.

Глава 8

Я среагировал мгновенно. Уклонился и встретил злобного карлика ударом ножа между ребер. Легко пробил, проталкивая вперед и вбок, отбрасывая подранка в сторону. Меня в один миг захлестнуло адреналином, но добавилось что-то еще. Типа злости. Я первый раз в жизни видел этих обезьян, но почему-то их уже ненавидел. Будто это что-то личное между шакрасом и местными «бандерлогами».

Но меня это устраивало. Биомонитор выдал уже чуть ли не под семьдесят процентов моего контроля. Это было уже интересно. Теория про опасность и адреналин подтверждалась. Но было это очень странно. Получается, чтобы мне оставаться человеком, мне надо вести себя как зверь. И демонстрировать собственным внутренним демонам (то есть шакрасу), кто здесь главный в стае. Постоянно искать приключения на наши с ним задницы и все время ввязываться в драки.

Хм. Обычно — это не мой метод, но на что не пойдешь, ради того, чтобы выжить и сохранить идентичность. Как минимум до момента стабилизации донора второй дозой или аналогами, там в теории должно стать попроще.

Опять же звучит, как план!

С этими мыслями я увернулся от второго бандерлога, схватил его за хвост и, крутанувшись, размазал о дерево. В спину, прямо четко между каждого ребрышка впились острые коготочки. От резкой боли и неожиданности, практически на инстинктах, забросил руку за спину и сдернул монстреныша. Не подумал, о том, что станет больнее!

Но зато зрение прояснилось — уже не было вокруг никаких смазанных шустрых темных пятен. Все обезьяны предстали в виде четких контуров и будто бы даже замедлились в движении. По крайней мере, я успел с ноги по футбольному пробить одиннадцатиметровый. На самом деле пять получилось, бандерлога от пинка раскрутило и он, проломив несколько веток, на сучок и напоролся. А я уже спокойно ушел с линии атаки следующего, перехватил еще одного, трижды пробив ножом в грудь и шею. И принялся за четвертого, решившего по моей ноге добраться до моей же шеи. Лезвие вошло ему в глаз, он откинулся, но не свалился. Зацепился когтями за многострадальный комбинезон, мешая мне двигаться.

Но и поток нападавших подиссяк. Еще одна хрень спрыгнула сверху, но настолько медленно по сравнению с бурлящим во мне шакрасом, что я просто отошел. Размахнулся, стряхивая труп со штанины, и повторил футбольный трюк. На последнего бандерлога я уже просто зарычал. И он не только свалил в кусты, он еще и кивнул перед этим. Типа сорян, сразу не признали…

— Так бы сразу, — прошептал я и прокашлялся.

Подустал, вспотел и всего исцарапали. Но оно того стоило, плюс те, кто первыми попались под руку, уже окутались той самой таинственной дымкой. Я подошел к ближайшей тушке, трогать не стал, не понимая до конца процесса появления эссенции. Но принюхался, оценивая, можно ли это пожарить.

С виду мясо как мясо. Тот же кролик — только более жилистый. Но внутри от одних только мыслей замутило. Не понял мои они или шакраса, но посыл был очень четким: это мы есть не будем. Спорить я не стал и подобрал появившийся кристаллик. Один, по размеру маленький, как слизь, но беленький, как то, что выпало из грэйрэма. Тут же приложил его к сканеру.

«Обнаружен геном древолаза. Уровень редкости: один. Средняя цена закупки в генотеках: полтора аркоина. Возможные навыки, передаваемые донором реципиенту: отсутствуют. Применяется исключительно в роли катализатора для создания эликсиров высшего уровня. Доступные рецепты…»

Из часов пробился лучик проектора, пришлось на лету искать ему более-менее ровную поверхность. Доступных было обозначено аж пятнадцать штук, но в центр картинки Аркаша вывел только три. Те самые, которые подходили мне. Одному только не хватало всего одного дополнительного элемента (кренитус ползучий — возможно, растение, как плющ), списки же у остальных говорили только о том, что в ближайшее время я это не соберу.

— А как принимать?

«Наиболее удобная форма приема — изотонический раствор,» — ответил помощник.

— То есть?

«То есть — глазные капли», — ответил Аркаша. — «Варианты жидких экстрактов, настоев, отваров и прочих эмульсий и суспензий также допустимы, но концентрация генома будет существенно ниже».

Я собрал кристаллики со всех древолазов. Прикинул, что у меня уже с собой двести десять аркоинов, порадовался и пошел искать топор. Минут через пятнадцать понял, что только зря трачу время. Ни топора, ни следов древолазов, ни вообще какой-либо живности вокруг. Кажись, всех распугали, а, значит, самое время исследовать берлогу.

Подбирался к ней максимально аккуратно. Биомонитор сначала выдал, что мы снова с шакрасом наравне. Но потом начал попискивать, перекидывая проценты на половину донора. Я это ощущал в виде некоторой нервозности, и чесались подживающие царапины.

Еще не дойдя до входа в яму, почувствовал запах. Будто ударило волной сырой земли, щедро сдобренной кровью, гнилью и прочими нечистотами. Я обмотал лицо тряпкой, оставшейся после перекройки больничной пижамы. Дождался, пока перестанут слезиться глаза, и пошел вперед.