“КОЙЗЕН! Брат! Где ты?!” — Крикнул я, когда оказался в пугающей холодной темноте. Казалось, что температура здесь была значительно ниже той, что была снаружи этого мрачного купола.

Брат не ответил. Через пару секунд вновь послышался крик. И я побежал на него. Я знал, что деревянный меч мне не поможет. Я знал, что бежал на верную смерть. Но также я знал, что никогда себе этого не прощу, если буду просто ждать, когда придёт помощь.

Влажные от снега деревья царапали мою меховую накидку и дрожащие руки. Они словно пытались остановить меня. Я сам хотел остановиться. Но бежал и бежал, как обезумевший, на крики.

— Койзен?! Братишка?! — Чуть тише спросил я, остановившись возле колючих веток чёрных деревьев. Впереди была ещё большая темнота, чем та, что была до этого. Она была непроглядной и пугала с такой силой, что мне захотелось убежать. А когда я почувствовал, что прямо передо мной в этой темноте что-то есть, то струсил так, как никогда в жизни. Только брат. Только он вынуждал меня остаться на месте, а не развернуться и убежать обратно.

Что было передо мной в темноте? Это был явно не человек. Он не издавал звуков, он не дышал, он не рычал и не хрустел снегом. Но я знал, что нечто, скрывшееся за сухими ветками, точно самое что ни на есть опасное и жуткое.

Послышались звуки. Шум веток, хруст снега. Мне даже на мгновение показалось, что это идёт мой брат. Но это шло то самое нечто. Оно двигалось аккуратно, словно, остерегалось меня.

— Койзен? — Спросил ещё раз я.

И когда ответа не последовало, я заплакал. От безнадёги. Что-то забрало Дарри, моего брата и теперь собиралось сделать это со мной. Но я не мог убежать. Я не мог бросить брата. И не мог шагнуть в эту пугающую тьму, навстречу твари. Я просто стоял, выставив перед собой деревянный меч и рыдал. А что мне оставалось? Я понял, что умру. Понял, что мне конец. Нечто пробиралось ко мне.

“Кидден!” — Внезапно послышался передо мной голос брата. Он был таким же весёлым и жизнерадостным.

“Койзен?” — Удивлённо воскликнул я, прекратив плакать.

“Кидден, братик, иди сюда ко мне! Я тут нашёл кое-что интересное!” — Сказал он из темноты.

“Лучше ты иди сюда! Папа беспокоится!”

“Да ладно тебе! Мы немного поиграем и всё!”

“Мы не…” — Я попытался вглядеться во тьму, стараясь увидеть силуэт брата. Я не понимал, почему он не идёт ко мне. Почему он решил дурачиться в такой жуткий момент?

“Ну же, иди скорее! Я только покажу тебе кое-что и всё! Тут не страшно!”

“Ладно…” — Сдался я и сделал шаг навстречу темноте. Ещё шаг. И ещё.

И чем я глубже шагал, то чувствовал могильный холод. Он пробирал даже через меховую накидку и рубашку. Он сковывал тело. Но брат меня подбадривал. Он говорил, что я делаю всё правильно.

Мне оставалось пару шагов, чтобы оказаться в этой завесе тьмы, когда кто-то крепко меня схватил за руку, отчего я дёрнулся. Передо мной стоял дядя Карх — он был абригхом и достаточно смышлёным мужчиной.

“Дядя Карх, там мой брат! Он меня зовёт!” — Проговорил я.

“Твой брат мёртв”. — Отрезал он. — “Дальше идти нельзя”.

“Но он там! КОЙЗЕН! ЭЙ, КОЙЗЕН!”

Ответом мне послужила тишина.

“Нет! Мы должны идти туда, мы должны…” — Я снова захотел плакать.

“Кидден!” — Абригх взял меня за плечи и повернул к своему бородатому серому лицу. — “Ты ещё многого не знаешь. Но есть твари, которые пытаются заманить тебя в ловушку при помощи самого дорогого. То, что звало тебя, уже давно убило и Койзена и Дарри. А теперь оно убьёт и нас. Мы должны возвращаться”.

И мы ушли. Конечно, я сопротивлялся. Конечно, я звал брата. Конечно, я был уверен, что дядя Карх мне врёт, и просто боится искать моего пропавших ребят, как и отец. Но сколько раз я потом убеждался, что дядя Карх был далеко не трусом. Он был очень смелым. И понимая это, мне каждый раз становилось жутко от мысли о том, что же такого было в том лесу, раз даже абригх не рискнул идти на него. Что же это была за тварь?

Тем не менее, было это давно. Хоть я и вспоминаю каждый день этот случай, когда просыпаюсь, но воспоминания меркнут с каждым днём. Наверное, это нормально. Наверное, так и должно быть.

Сегодняшний мой день начался снова с этих воспоминаний. И с поиска сапог. Они вечно терялись в нашей небольшой комнатушке с Нидлом. Друг уже был собран и с интересом наблюдал за тем, как я, ругаясь, мечусь по комнате и ищу обувь.

— Ну, это определённо злые чёртики их куда-то девают каждое утро! — Усмехался тот.

— Иди ты… — Один сапог я нашёл за небольшой тумбой, на которой лежало наше зимнее снаряжение — перчатки и шапки. Второй оказался под кроватью.

— Да уж, я просто не знаю, как они постоянно теряются! — Возмущался я, зашнуровывая обувь.