— Григорий, — проскрипел он.

Я дёрнулся, чуть не подпрыгнув на месте. Это был не первый раз, но всё равно никак не мог привыкнуть.

— Черныш, что тебе надо? — тихо спросил я, боясь разбудить Памелу.

— Завтра мне нужна твоя помощь.

— В чём дело?

— Помнишь, я говорил тебе про того парня-растения?

— Да, и что?

— Помоги мне его вылечить.

Это было что-то новенькое. Обычно это я у Черныша что-то просил, а тут, наоборот. Ну, раз уж так, у меня не было причин отказывать.

— Ладно, посмотрим, что там у тебя. — Я кивнул, решив согласиться. Надо же сперва оценить, с кем имеем дело.

На следующий день направился в больницу, готовый к новым подвигам.

Иду по больничному коридору, размышляя о своем, когда вдруг замечаю знакомую фигуру у окна. Ну конечно, Флора. Как же без неё.

— Эй, Григорий, ты что тут забыл? — она бросила взгляд через плечо, ухмыльнувшись.

— Слушай, а почему я тебя вижу каждый раз, когда прихожу в эту дыру? — вздохнул я, ускоряя шаг. — Больница огромная, а ты везде! Как ты это делаешь?

Флора рассмеялась, будто это был какой-то её личный трюк.

— Медсестра сказала, что ты снова чудишь. Вот я и пришла.

Мы с ней сталкивались здесь слишком часто. Настолько, что народ в больнице уже привык ко мне, как к мебели. Да и я тут как дома, не без этого.

— Ты мне так и не сказал, что делаешь здесь, — продолжала допытываться Флора, не отставая.

— Кого-то ищу, — сказал я, прищурившись. Моя интонация дала понять, что больше раскрывать планы не собираюсь.

— Друг? — она приподняла бровь.

— Нет, — я покачал головой, уже продумывая, как бы избавиться от её общества побыстрее.

— Кто тогда? — Флора явно не собиралась так просто сдаваться.

— Пациент, — саркастически ответил я. — Мужик, сорока лет, в коме пять лет. Его дочь навещает его через день.

— Я помогу найти, — Флора встрепенулась, будто предвкушая приключение. — Ты собираешься его лечить?

Я лишь пожал плечами, взглянув на неё через плечо.

— Сначала гляну на него, — сказал я небрежно. — Может, и вытащу. Но честно, с пациентами в коме дел особо не имел.

Флора кивнула, как будто мои слова её особенно впечатлили. Больница была забита до отказа, и персонал наверняка даже не всех пациентов знал поименно. Так что её удивление вполне объяснимо.

— Белов Петр, — сказала она, когда мы подошли к нужной палате. — Попал в аварию пять лет назад. С тех пор в коме. Это он?

— Он, — подтвердил я, приподнимая бровь.

Мы вошли в палату. Обычная больничная койка, три других пустуют. А на одной лежит наш пациент, как живой труп. Рядом с ним сидела женщина, осторожно массируя ему мышцы. Мило, не так ли? Хотя от этого он явно не проснется.

Женщина подняла взгляд, встретив нас настороженным, но спокойным взглядом. Скорее всего, это была его дочь.

— Да? — она произнесла коротко, взглядом спрашивая, что нам нужно.

Флора, как всегда, решила взять инициативу в свои руки:

— Это новый невролог, супер-пупер спец по коматозникам, — с важностью начала она. — Говорят, творит чудеса. Решил всех тут пересмотреть.

Я слегка приподнял руку, чтобы остановить её поток слов.

— Привет, — кивнул я женщине.

Она тоже кивнула в ответ.

— Это мой отец. Вы сможете его разбудить?

— Не обещаю ничего, — ответил я, стараясь говорить уверенно, хотя внутри не был так уверен. — Но дай-ка я сначала посмотрю.

Пациент выглядел, мягко говоря, не лучшим образом. Пять лет без движения — мышцы истощены, кожа бледная, как у восковой фигуры. В общем, перспективы так себе.

— У тебя есть его медкарта? — спросил я, окинув пациента быстрым взглядом.

— Да, но сейчас не с собой. Завтра принесу, — сказала дочь.

— Окей, завтра так завтра, — кивнул я, отметив про себя, что возвращаться сюда еще раз мне не особо хочется.

Мы с Флорой вышли из палаты.

Она снова подступила с вопросами:

— Григорий, ты как вообще выбираешь пациентов? Ты же их не знаешь?

Я усмехнулся:

— По дружбе, как и твой случай.

Флора посмотрела на меня с надеждой в глазах: