— Это из какой-то книги? — негромко спросил маг, явно чуть загрузившись от этой цитаты.

— Ну как можно быть таким безграмотным! — тяжело вздохнул я. Книгу со странно нарисованным мальчиком я точно видел в витрине магазина у дырявого котла. — Автор «Маленького принца» хоть и француз, но это тебя не оправдывает. Дам тебе копию почитать, довольно поучительная книга.

Снейп так выразительно вскинул бровь, что я моментально проглотил следующую нравоучительную фразу о пользе классической литературы.

«Лучше просто молча нагружу его книжками, как будет уходить, — подумал я. — Глядишь, почитает бессонной ночью, проникнется.»

Я сделал вид, что чертовски заинтересован своим чаем, и мы еще немного помолчали. Северус не торопил, но чертовски выразительно молчал. Судя по воспоминаниям, то и дело всплывающим у меня в голове, он был довольно внимательным парнем и, хотя не всегда мог правильно интерпретировать слова и мимику близких ему людей, чужаков читал на раз. Нельзя же быть шпионом и не понимать всяких намеков.

— Давай-ка будем заканчивать наши посиделки. Уверен, тебя уже обыскались, — я встал из-за стола и поманил мага за собой. Пора от него избавиться, пока все не стало совсем неловко.

В холле нас уже ждал Штефан, которому я мысленно приказал найти черный бархатный парасоль и собрать в холщовую сумку несколько копий классических произведений, в том числе и некоторое фентези. Снейп окинул цепким взглядом нового персонажа.

— Это Штефан, — лич слегка поклонился. — Вор, пытавшийся обокрасть мою библиотеку. Теперь один из моих библиотекарей.

— Я рад служить господину в своем посмертии, — прошелестел мертвец.

— Вот, возьми, это зонт от солнца, — я быстро всучил зельевару артефакт. — Его можно не открывать для того, чтобы он функционировал, если не захочешь, но без него солнце болезненное и очень слепит, особенно поначалу, так что я бы советовал поберечь глаза. И немного книг от меня для общего развития. Спать ты все равно больше не сможешь, по крайней мере какое-то время, так что будет, чем скоротать ночь, — в очередной раз вскинутая бровь Снейпа была столь выразительна, что я почти услышал: «И ты наивно полагаешь, что мне больше нечего почитать?» Я замахал руками: — Я знаю, что в Хогвартсе богатая библиотека, да и у тебя наверняка завалялось что-то, до чего давно не доходили руки, но я ведь не говорю читать их прямо сейчас!

— Благодарю, — вежливо сказал маг и принял сумку с книгами и артефакт.

— Аппарировать лучше вот отсюда, — мы вышли во внутренний дворик. Там под яблонями был небольшой каменный круг, на котором стоял летний столик и парочка стульев. — Обратно тоже на это место.

— Понял, — кивнул он. — Тогда до встречи!

— Буду ждать новой встречи. Был рад познакомиться с таким интересным человеком, как ты, Северус, — когда он крутанулся на месте и с хлопком исчез, я испустил вздох облегчения. — Чёртовы фейри меня оборжут, если узнают, как я облажался! — тихо пробормотал я.

Глава 8

Вернувшись в гостиную, я без сил упал на диван и схватился за голову. Осознание непоправимости собственных действий обрушилось на меня, будто вода из пожарного гидранта. Оставивший свою привычную работу лич поставил на журнальный столик поднос с чаем и печеньем.

— К черту чай, Штефан! — я отмахнулся от навязчивого мертвеца, хотя с его стороны даже такое проявление условной заботы уже многого стоило. — Принеси коньяк! Мне нужно надраться и забыться! Как же я так…

— Чтобы напиться, одной бутылки мало будет, господин, — дипломатично заметил мертвец. На лице его не отражалось эмоций, но я точно знал, что он мысленно костерит ушедших в запой домовых духов, которых я отпустил отпраздновать Самайн с другими фэйри.

— Тогда тащи ту здоровенную бутыль, которую нам швед приволок.

— Ишь, раскомандовался, — прошептал лич, но пошёл за выпивкой. А я сидел на диване, обхватив голову руками, и ужасался. Я ведь никогда! Вообще никогда даже не думал о том, чтобы обратить кого-то в вампира. А тут нате здрасьте!

Чёртов Снейп! Валяется где попало! Да и я хорош, нашёл, кого кусать! Можно было бы подумать, что я брезгую придуманными персонажами, но в том-то и дело, что мир, в который мне любезно открыли дорогу, был очень даже настоящий. И воспоминания здешнего зельевара были вполне настоящими. Его мечты, надежды, загоны, подростковая влюбленность с вкраплениями одержимости. Жгучая ревность к Джеймсу Поттеру и такая же жгучая неприязнь ко всей четвёрке мародёров. Надо сказать, что по воспоминаниям все они были хороши, но все-таки нападать вчетвером на одного не по-пацански.