Младшая Гладько попыталась отрицательно помахать головой, но под взглядом ревностного преподавателя затормозила это движение и коротко ответила:

– Нет.

– Прекрасно! Тогда спускайся, составишь мне компанию.
– Я протянула ей руку, дождалась, когда ребенок преодолеет ступеньки и вцепится в мою ладонь, повернулась к Полине.
– Вы с нами?

– Кофе я уже пила. Благодарю.

– Ну, если что - присоединяйтесь, мы будем рады.

Кухня оказалась совмещенной со столовой, и на ней царила другая дама, умудренная жизнью, седовласая и очень приятная на вид. Или же это у меня отголоски детства сработали: моя любимая бабуля тоже была низенькой, полненькой и гиперактивной. За ней никто никогда не успевал, но все любили.

– Доброе утро, – поприветствовала я, по всей видимости, повара.
– А мы пришли на завтрак. Вы нас покормите?

– Доброе.
– Женщина моргнула, перевела взгляд с тихой Алисы на меня, и я поспешила представиться, а затем и объясниться, что я тут типа на птичьих правах. Меня поняли с полуслова, кивнули и начали накрывать на стол.

Фруктовый салат, манная каша, чай, несколько свежих вафель с медом и солнечная пышная яичница для меня.

– Я не знала, что у нас новый работник в доме. Приготовила бы что-то на ваш вкус. Не волнуйтесь, вы никого не объедаете. Это Владимир Сергеевич сбежал раньше завтрака, - торопливо объяснила она, и на мой смущенно-благодарный взгляд улыбнулась.
– Наслаждайтесь.

И она была права, яичница была божественной, невероятно аппетитной и прямо тающей во рту. Вот только, нахваливая блюда талантливого повара, я не могла отделаться от скребущей мысли. Почему ребенок сказал, что для бигбосса готовит Полина. Она видела француженку в процессе готовки или когда та с подносом поднималась к отцу? Витиевата и неоднозначна детская мысль. Напрямую не спросишь, во-первых, это дело не мое, во-вторых, а вдруг у ребенка травма. Видела что-то и трактовала не так, но… даже если… Даже если француженка действительно спит с главой семьи или только пытается подольститься к нему, то почему муштрует ребенка?

Госпадя, что за глупость и двойная игра! Ведь к Гладько проще всего пробиться через ребенка, как это сделала его вторая жена, радостно сейчас сидящая на шее. Я протяжно вздохнула, и серьезная малышка тут же посмотрела на меня.

– Не нравится каша? Мне тоже, а ещё лук и морковка, - и после недолгой заминки: - Морковка мне не нравится больше всего.

– И почему? – спросила, подливая себе чай.

– Она полезная, но невкусная. Как Полина, - поделилаcь мыслями кроха. – Так папа сказал.

Чайник звякнул о чашку, я едва удержала руку, чтобы не уронить его.

Эм… Так у них было или нет? Покосилась на повара, что представилась Галиной Павловной Чеховой и сейчас споро нарезала овощи на кухонном столе. Вроде бы она не слышала детского лепета, но это не значит, что Алиса не выскажется как-нибудь потом. А ещё это не значит, что она уже не порадовала Полину мыслями своего отца. Это бы хоть что-то объяснило.

– Знаешь, Алис, давай договоримся делиться впечатлениями о других когда мы одни. Чуть позже определим, что запоминать стоит, а что нельзя. Но вот на ближайшее время говорить о других можно лишь в присутствии меня. Согласна?

Я ободряюще улыбнулась, встретив ее внимательный взгляд.

– Согласна.

А дальше были урок музыки на фортепиано, курс для подготовишек к школе, урок танцев, урок французского и неожиданно введение в шахматы, которое поручили мне. Ведь все графы со звездочкой числятся за няней. И я бы взбрыкнула, я бы сказала много хорошего об ожиданиях начальства, но, как оказалось, урок был игрой.

– Вам нужно всего лишь разобраться в правилах и показать их ребенку, – заявила Полина на мой возмущенный вид и гордой походкой покинула библиотеку, где преподавала целый час.

Она час, остальные по сорок пять минут, но даже я, всего лишь наблюдавшая за этим действом с дивана, уже возненавидела и эти книжные полки, и этот диван, и фортепиано в углу. Последнее особенно, потому что Алиса только училась не делать ошибок в песенке «Кот-рыбак».

– Может, пообедаем? – предложила я, что бы оттянуть время и сменить обстановку.

– Обед в час, когда папа приедет.

– В таком случае хватай планшет. Мы будем учиться на качельке.

– На качельке, - повторила она, и глаза ее загорелись. – Мы будем на улице?

– Именно.

Если честно, мы там больше катались, чем учились онлайн-игре в шахматы, а еще кутались в тонкое покрывало, пили чай с плюшками вместо полдника и ждали бигбосса на обед. Но дождались приезда Глеба и Олеси. Это было эпически.

Ворота открылись задолго до того, как машина приблизилась к владениям Гладько, джип подпрыгнул на въезде, на середине двора с разворотом взвизгнул на тормозах. Из-под колес полетела галька и пыль, из приоткрытого окна машины раздались девичьи ругательства, и Алиса под моим боком тихо вздохнула.