— «Нет имени»? То есть она?..

— Можно сказать, одна из вас.

— Но… — вновь запнулся он.

Алиса перевела взгляд на него и увидев, как он нерешительно смотрит в пол, спросила:

— Это из-за вашего разговора с Евой перед выходом? — судя по тону, больше утверждала она, чем спрашивала. — Знаю, что не обращать на неё внимание не выйдет, но, прошу: не зацикливайся на её словах и поступках. Она… сложный человек, с не самой простой судьбой.

«Впрочем, это можно сказать про любого из нас…» — пронеслось следом у неё в голове.

Элиас, не зная, как реагировать на эти слова в ответ всего лишь сказал:

— Х-хорошо… — после чего вернулся к изначальной, волнующей его теме: — Так почему… эта девочка вместе с вами? И мальчик… он ведь тоже не один из вас?..

— Да, он тоже из диких… — и проговорив это, заметила, как лицо Элиаса на мгновение чуть исказилось. — Что-то не так?

— А? Нет… ничего такого.

— Точно? — настояла она.

Элиас после этого некоторое время раздумывал, не зная, рассказать ли причину. Будь на месте этой девушки та розоволосая или тот пугающий парень — он бы даже и не раздумывал над таким. Однако эта девушка показалась ему очень доброй и понимающей — такой, которой хочется довериться в случае чего и, соответственно, такой, от которой не хочется слышать подобное.

— Дело в том, что… «дикие». Так нас называют жители Империй. И делают они это, как правило, всегда с таким пренебрежением, словно… мы какие-то неполноценные люди… дикари, что полностью позабыли о том, что такое цивилизованный мир… — и не долго думая, добавил: — Может, такие, конечно, и есть среди нас, но это ведь не означает, что абсолютно все мы такие?..

— Нет, не означает, — покачала она головой. — И извини… я не знала.

— Да ничего страшного, — отмахнулся он, не думая. — В ваших словах тем более не было пренебрежения — вы просто назвали нас так, как вам было удобно, так что и ваши извинения тут абсолютно ни к чему…

— Тогда, может, перейдёшь на «ты»?

— Уверены?

— Да. От этого я лишь чувствую себя ещё более дискомфортно, ведь выходит, что мы не только влезли в вашу жизнь, втянули не пойми во что, так ещё и заставляем сохранять ненужные формальности…

И это не были пустые слова. В словах Алисы действительно чувствовалось это. По крайней мере, так казалось Элиасу. Поэтому в конечном счёте он ответил:

— Хорошо… если вам так будет удобнее…

— Угу, — кивнула она и, продолжив, неожиданно спросила: — Судя по всему, наша группу кажется вам очень странной… да?

— По правде говоря, да… Не то чтобы у нас большой опыт контактирования с людьми из Империй, но этого вполне хватает, чтобы понять всю… — промедлил он, подбирая подходящее слово, явно боясь ненарочно обидеть её, — необычность вашей группы. Например, что вы… точнее, «что ты», — сразу же поправил он себя, — что тот парень, Микаэла… вы оба попросили разговаривать с вами на «ты», хотя явно сильнее нас, несмотря на юный возраст. А раз тот парень ещё встречается сразу с тобой и с той другой, черноволосой девушкой, то, видимо, у него ещё высокий достаточно высокий статус в аристократическом обществе. И всё равно… вас не беспокоят такие вещи, как формальность…

— Ну… честно говоря, я не знаю, что мне можно рассказать тебя, а что нет, но Микаэла… в общем, ещё совсем недавно он был простолюдином… поэтому, наверное, для него такие вещи не слишком важны. А что же до меня, то… раньше я была помешана на этом, как и большинство аристократов. Но потом, повстречав Микаэлу и ещё одного человека, повязанного судьбой с ним, начала незаметно для самой себя меняться. А потом… как-то и заметить не успела, как перестала видеть разницу между аристократами и простолюдинами. Вот, получается было примерно так…

Алиса не была уверена, что ей стоило это говорить, однако подобное её сильно успокаивало — прямо как и в той лаборатории, расположенной под маяком, она чувствовала, что таким образом отвлекается от проблемы и хотя бы немного успокаивается. А спокойствие сейчас ей было особенно нужно перед грядущем…

— Иначе говоря… вам стало жалко этих детей? Из-за этого вы путешествуете с ними и так отчаянно хотите спасти мальчика?

— Не только. Мальчик ещё очень сильно помог нам. Поэтому одна только возможность просто бросить его, даже не пытаясь помочь, мне кажется чем-то неправильным… — и подумав, задала вопрос: — А почему тебя это так удивило? Потому что обычно люди из Империй конфликтуют с ди… — оборвала она себя, пытаясь подобрать подходящее слово, — с людьми из не Империй?..

— Да. И не «обычно», а всегда. И не «конфликтуют», а уничтожают друг друга. Мы… заклятые враги друг для друга. Хотя, наверное, правильнее даже назвать нас «естественными врагами»…

— Но почему? Зачем вы каждый раз нападаете на нас, не давая возможности договориться?

— «Мы нападаем»? — неожиданно вновь обернулся он к ней, посмотрев в её голубые глаза. — Это как раз таки вы, люди из Империй, каждый раз нападаете на нас первыми. Ещё наши родители предупреждали нас о том, чтобы мы даже не пытались договориться с вами, поскольку это совершенно бессмысленное занятие, конец которого всегда один — смерть для всех к этому причастных. И всё равно… порой находятся те, кто пытается пойти наперекор этому правилу, вот только итог остаётся всё тем же. Так что это не мы не хотим с вами договариваться, а вы с нами. Из-за этого нам и приходиться нападать первыми — только благодаря этому наши шансы на выживание хоть немного, но повышаются…