Я медлила. Потому что совсем не ожидала такого течения разговора, и что мне предоставят выбор. Не успела обдумать даже для себя, чего бы хотела на самом деле с этим мужчиной.

– Отношений, – произнесла, наконец.

– Каких?

– Обычных отношений, – пояснила решительней, – какие бывают в паре между мужчиной и женщиной. Я не говорю о замужестве или что-то вроде того... Но я бы хотела ощущать хоть какую-то опору! Определенность и надежду, что… все это взаимно.

Пристально глядя на меня, Рома кивнул.

– Справедливо, – неожиданно ответил твердым тоном. – Что ж, я отвечаю положительно! С этого момента у нас будут отношения, в которых тебе будет комфортно и просто ориентироваться. Как между мужчиной и женщиной в паре, – добавил он, и сердце екнуло от улыбки, мелькнувшей в синих глазах.

Роман

Как только я произнёс это вслух, все словно встало на свои места. Как если бы я давно желал того же самого, но не прислушивался к себе. Сейчас же осознал, что абсолютно созрел для перехода на новый уровень отношений с Надей. Я жаждал обладать ею. На любых условиях.

Хотя мне было очевидно, что рано или поздно мышонку будет мало одних встреч, ее прощальное письмо застало врасплох. Однако я понимал, что здесь играло главную роль… Наша последняя близость и моя необдуманная игра с доминированием, которая всколыхнула болезненный триггер. Надя так же ждала определенной реакции от меня на свое откровение, но я понял это лишь на следующее утро. До этого только и был сосредоточен на том, чтобы дать ей максимальное пространство и обуздать ярость, от которой нахрен кровь прожигала вены.

Надя смотрела на меня так, будто не верила в услышанное. Потому что не строила в своей голове никаких ожиданий и ни на что не надеялась. Простая светлая девчонка, не искушенная гнилыми мыслями и пороком.

– Правда? – спросила так по-детски наивно.

Слегка улыбнувшись, я наклонился, и ловко подхватил ее под бедра, чтобы усадить к себе на колени.

– Разве я когда-нибудь давал тебе повод ставить мои слова под сомнение? – прохрипел с притворной суровостью.

Обхватывая мои плечи, она отрицательно качнула головой.

– Ты получишь то, чего хочешь. И больше не надо бояться того, что испытываешь ко мне.

Надя думала, что оттолкнет меня своим признанием или станет уязвимой, не понимая, как ее искренность подкупает. Мне не нужна была бездушная кукла рядом. Я бы скорее разочаровался, если бы у мышонка до сих пор не появились чувства. Все складывалось, возможно, стремительнее, чем я планировал, но решение уже принято. А решения я принимаю один раз. То есть даже если она вдруг передумает, я не позволю ей отступить. И да, очень скоро Наде придётся переехать ко мне.

– Честно говоря, я совсем не ожидала, что все будет так… – призналась она, нежно взяв в ладони мое лицо.

– В этом есть моя вина. Я не давал тебе повода допускать мысли, что может быть иначе.

Девчонка замлела в моих руках. Я пробрался под полотенце и сжал упругие, обнаженные ягодицы, снова желая её. Но меня ждали безотлагательные дела, поэтому оставалось лишь наслаждаться малой частью.

– Да... – сказал я над маленьким ушком, прижимая Надю к себе. – И имей в виду – с этого момента выпивать ты будешь только в моем присутствии.

Надя зарделась, но покорно кивнула и прошептала:

– С этим не будет проблем. Обещаю.

– Хорошо, мышонок. – Я коснулся губами её виска. – И больше никаких прощальных писем. Есть сомнения или что-то не устраивает – говоришь мне сразу.

– Угу-м…

Она уткнулась носом мне в шею, опьяняя теплым дыханием. Твою мать, как же не хотелось покидать этот бездушный номер, когда в нём появилась моя страсть... Но нужно было ехать. Пришлось оставить Надю одну – отсыпаться и наедаться богатым ассортиментом блюд на заказ, а самому выдвигаться на одну крайне важную встречу.

Девочка не догадывалась, в какой город ее доставили мои люди, и почему я нахожусь именно здесь. Фактически моя командировка закончилась ещё вчера. А то, чем я занимался сейчас, никак не было связано с работой. Скорее личной инициативой.

Я поставил себе цель, которая скорректировала планы. И этой целью стал молодой чиновник по фамилии Павлов. Павлов Вадим Викторович – тот самый ублюдок, на годы оставивший Наде глубокие травмы. И, как выяснилось, не только ей... До сих пор эта мразь наслаждалась безнаказанной жизнью, надежно занимая пост в администрации. Но все когда-нибудь кончается. И к несчастью Павлова, его судьба пересеклась с моей. Ведь я не успокоюсь, пока не втопчу в землю этого грёбаного насильника.