Это Леверопа можно забыть, но не руну, которая выбрасывает молнию на расстояние до пятидесяти метров, поражая круг диаметров в десять метров. Полезная штука. Грохочет, сверкает, калечит. Но пока что никого ей мне убить не удалось. И сегодня не хотелось.

Но Орант понимающе сделал полшага в сторону, подняв руки на уровень груди:

– Меня послали с миром, не применять оружие, – сообщил он. – Дело в том, что… Наши позиции в Южном Форте совсем плохи, но мы опасаемся сдаваться.

– Почему? – удивленно спросил я, а потом до меня дошло, что Южный Форт не относится к списку наших селений. – А теперь, пожалуйста, поподробнее!

Когда я только начинал входить в роль правителя, я предполагал, что мне придется перемещаться, но не думал, что это будет происходить именно таким образом: стремительно, молниеносно. Не столько скорость перемещения, сколько перемена направлений.

Только что я шел на юг, чтобы оттуда двинуть на запад, захватив с собой Леверопа, а теперь мне надо идти обратно на север, чтобы дальше свернуть на восток. Но на юг все равно надо – без телохранителя в Заречье делать нечего. Если это вообще не очередная ловушка.

– Если надо я… я… – начал запинаться Орант, отстегивая меч.

Я аж на месте встал, как был, с тетрадью в руках – писать на ходу я не собирался, но подумать над цифрами стоило в любом случае. А тут передо мной оружие не просто сняли, а едва ли не в пыль бросили. Пожалуй, это было бы слишком явное неуважение к оружию – Орант, замешкавшись с застежками, снял меч вместе с ножнами и на вытянутых руках поднес ко мне.

– Я готов предложить вам свой клинок в знак доверия, правитель Бавлер.

От такого пафоса я потерял дар речи. Со всякими людьми мне приходилось общаться в последнее время: и простыми, и дворянами. Или, если говорить терминами этого мира, люди нижние и верхние. Оба звучали презрительно, с намерением говорившего оскорбить целый класс, поэтому я старался как можно реже использовать их. Но в речи прочих людей они все равно мелькали.

– Почему вы опасаетесь сдаваться? – спросил я, когда наконец-то смог говорить. – Неужели капитан Анарей вам угрожает?

– Нет, дело не в капитане Анарее, нам… – он замялся, точно собирался говорить какие-то постыдные вещи. – Нам угрожают некоторые из его людей.

– Может, это что-то личное? – полюбопытствовал я.

Если верить карте, то Южный Форт находился в очень интересном месте, которое могло в будущем открыть нам новые грани наступления на земли Мордина. Небольшой треугольник, который с запада омывался водами Крали, а с юга – Нирудой, силой было бы очень сложно захватить.

В настоящее время наше положение в этом районе было патовым. С одной стороны, войска Анарея по возможности перехватывали припасы, которые Мордин посылал осажденным. Но с другой стороны, назвать Южный Форт осажденным полностью было невозможно – доступ к нему со стороны Нируды оставался круглогодичным. И даже тот факт, что у нас были войска, чтобы окружить часть Форта, на полноценную осаду людей все равно не хватало.

То есть, мировая со стороны оборонявшихся – отличное решение, но кто-то этому явно противился. У меня вдруг возникло ощущение, что проблема шпионов, о которой меня предупреждали, становится слишком явно. Чем дальше я забирался в «чужие» земли, тем сильнее это противодействие ощущалось.

– Личное или нет – не знаю, правитель, – отчеканил Орант, – только вот никто из наших не знает никого из людей снаружи. Едва ли это действительно личное.

– Пойдешь со мной до столицы? – спросил я. – А потом займемся твоим вопросом.

Классическая дилемма: заняться припасами, которые иссякают, или помочь в приобретении территорий. Если бы это была игра, то наверняка было бы и наказание за провал, и сложный моральный выбор. Но так как это все же была реальная жизнь, у меня было больше, чем два варианта.

В Рассвете, как только мы прибыли на его северные рубежи, я взялся искать Аврона – даром, что он мой помощник, которому в самый раз такие вопросы решать.

– Мне самому туда отправиться? – спросил он недоверчиво.

– Кирот едва ли будет разговаривать с посыльным, – ответил я и кратко обрисовал проблему. – Тебе же всегда хотелось участвовать в чем-то большем. Я вижу в этом отличный шанс!

Аврон помялся немного:

– Вардо просил узнать о щебне…

– Металл важнее, – возразил я.

– А Южный Форт? – спросил помощник.

– Еще важнее, – уверенно ответил я, начиная раздражаться от обилия вопросов.

Парнишка был первым, кого я встретил в Пустошах. Первым, кто согласился, что здесь можно и нужно строить селение. Потом были Крол и Окит – отец с сыном, которые сбежали из Пакшена, а следом за ними и прочие люди. Аврона нельзя было назвать бестолковым, но порой он задавал слишком много вопросов.