Люди зашумели.

— Согласны!

— К добру бы!

К краю крыльца подошел Борис Руднер. Он снял кепку и начал спокойно, рассудительно:

— Мы в гору сейчас идем. А каждый из нас знает, что в гору сподручнее подниматься не в одиночку, а вместе, держась за руки, помогая друг другу. Вот мы вам и протягиваем свою руку: беритесь за нее крепче, свой шаг с нашим соразмеряйте. Если же в добрый час обгонять нас начнете, — обижаться не будем. Ведь успех каждого из нас — на общую пользу, на радость всем…

Когда Руднер закончил речь, на крыльцо поднялся пожилой, уважаемый всеми колхозник Николай Казимирович Мицкевич. Он понимал толк в земле, в хозяйстве, интересовался агрономией и слыл на селе ученым человеком. Крестьяне знали: раз Казимирович хочет что-то сказать, значит, обязательно скажет интересное, полезное. Все смолкли, приготовившись слушать. Мицкевич обвел медленным взором односельчан, откашлялся и начал свою речь.

— Я вас вот что спытаю, мои дороженькие. Разве мы хуже наших соседей? Разве землица у нас слабее, чем у них?

— Нет! — загудело собрание.

— Тогда в чем же дело? Почему соседи быстрый ход набирают, а мы на месте топчемся? — Колхозники молчали. И Мицкевич ответил: — Я думаю, что наше правление во главе с Вацлавом Чапковским не все делает как надо. Вот давайте и попросим товарища Руднера: пусть он наших правленцев и бригадиров на буксир возьмет, научит их работать по-настоящему, без ошибок. А мы не подведем, приналяжем, чтобы не стыдно было глядеть в глаза соседям.

— Правильно! — послышались со всех сторон одобрительные голоса.

Видать, у хотаевичских колхозников наболело на душе. Говорили они горячо, резко. По всему чувствовалось, что надоело им ходить в отстающих, слышать упреки.

— А что скажет секретарь райкома партии? — обратился ко мне Чапковский.

— Хорошее дело начинают товарищи из колхоза имени Энгельса, — сказал я и поблагодарил Бориса Руднера за замечательную инициативу. Я напомнил колхозникам, что наша партия, развертывая социалистическое соревнование, заботится о том, чтобы люди больше помогали друг другу, делились опытом, подтягивали отстающих, вместе добивались общего успеха. А потом посоветовал Вацлаву Чайковскому, хотаевичским бригадирам побывать в колхозе имени Энгельса, присмотреться к их работе и все лучшее применить у себя.

— Так и сделаем, — заверил Чапковский. — Поучимся у соседей и постараемся их догнать.

— Будем рады поделиться с вами всем, что есть у нас хорошего, — сказал Руднер.

Вот какие отношения, думалось мне, рождает колхозная деревня! Вместо зависти и скаредности единоличника, желания одного вырваться вперед за счет другого появилось новое: товарищеская взаимопомощь, чуткое, заботливое отношение не только человека к человеку, но и коллектива к коллективу.

Вернулся домой поздно, усталый, но очень довольный. Однако поднялся с постели рано. Надо было еще раз посмотреть тезисы доклада на районном партийном собрании.

В докладе было много цифр, таблиц. Не очень мне нравятся цифры, они сушат выступление; но тем цифрам был рад от души. Хлеборобы района дружно и организованно провели весеннюю посевную кампанию. Было посеяно больше, чем в 1940 году, земля лучше удобрена, сев закончили раньше. Если еще потрудиться как следует на уходе за посевами, то быть хорошему урожаю!

Наступило утро воскресного дня. Ожили плещеницкие улицы, по которым непрерывным потоком тянулись подводы. Колхозники везли на базар мясо, молоко, поросят, кур, яйца, ранние овощи. А иные ехали за покупками.

В последнее время трудодень в колхозах стал весомей, у людей появилось больше денег. Их хватало не только на покупку товаров первой необходимости, но и на более дорогие вещи, о которых раньше деревня и понятия не имела. У колхозников появились велосипеды, городская мебель, хорошие костюмы и платья. Это радовало всех, особенно нас, партийных работников. Ведь крепнущий трудодень, все эти велосипеды, диваны, шелковые и шерстяные отрезы, обозы с хлебом государству— ощутимые показатели нашей партийной работы.

К десяти часам в Доме культуры собрались все коммунисты района. У входа в помещение, в фойе, в зале — всюду группы беседующих людей. У одних разговор течет тихо, мирно, у других проходит на высоких нотах, выливается в спор. Мне очень нравятся эти минуты, когда коммунисты собираются вместе. Силища-то какая! Среди таких людей и сам чувствуешь себя сильнее, увереннее.

Я подходил то к одной, то к другой группе товарищей, слушал их разговоры. Видно было, что настроение у людей хорошее, все стремятся добиться большего. Чувствовалось, что собрание и на этот раз пройдет по-боевому, о откровенным разговором, с острой критикой. Конечно, я не сомневался, что кое-кому достанется; может, и мне выступающие всыплют, как говорится, по первое число: ведь что греха таить, в работе райкома идет не все гладко, имеется немало недочетов. Но это не беда. Важно, что каждый получит добрую зарядку новой энергии. Дел впереди предстояло много. Об этом говорила и повестка дня «Итоги весенних полевых работ и задачи районной партийной организации в дальнейшей борьбе за получение высокого урожая, подготовке к уборке и сдаче сельхозпродуктов государству».