Мы задумались: как действовать в такой обстановке? Ведь каждая наша операция могла вызвать дикую расправу озлобленных фашистов над местным населением. Выход помогли найти сами крестьяне. Они говорили партизанам: «Приходите. Не бойтесь — не выдадим». Подрывники днем и ночью смело подходили к полотну, зная, что среди крестьян не найдется предателя, который бы просигналил фашистам. Наши подрывники устанавливали мины, внимательно следя за тем, чтобы неожиданно не появился с какой-нибудь стороны фашистский патруль. Когда мина была установлена, люди просили партизан:

— Свяжите нас, заткните рот кляпом, оттащите подальше в кусты, чтобы при взрыве не убило.

Так подрывники и поступали.

Фашисты вскоре убедились, что надежды на русских «охранников» не оправдались, и выделили для охраны железных дорог дополнительные войска. Это было нам на руку. Пусть фашистский солдат лучше сидит в Копцевичах или Птичи, в Пуховичах или Осиповичах, Смолевичах или Жодино, лишь бы он не появлялся на фронте. Так скорее придет победа!

Наши отряды наращивали удары по коммуникациям противника. Каждый день мы узнавали имена новых героев. Хорошо действовала, в частности, группа подрывников во главе с Григорием Токуевым. В ее состав входили инженер Федор Малышев, пограничник Владимир Петухов, артиллерист Дмитрий Лукьянович, кавалерист Николай Яковлев и учитель Василий Будович. Каждый из них не уступал в смелости своему командиру, а командир являл собой пример исключительной храбрости и героизма. Однажды подрывники подошли к железной дороге между станциями Оголицкая Рудня и Муляровка. Ночью они заминировали железнодорожное полотно и замаскировались в лесу, ожидая, когда пройдет первый эшелон. Но партизан на этот раз постигла неудача: охрана обнаружила мину и обезвредила ее.

— Пошли на перегон Коржовка — Птичь, — распорядился Григорий.

В тот момент никто из подрывников не сожалел о том, что напрасно пропала ночь; не думал и о том, что, может быть, еще сутки придется провести в лесу, страдать от мошкары.

К полудню группа добралась до нового места. И тут Токуев принял решение:

— Заминировать дорогу днем!

— Но как это сделать? — переспросил Федор Малышев. — Ведь поезда проходят через каждые пятнадцать минут.

— Надо, Федя, — только и мог сказать Токуев.

По команде подрывники мгновенно заняли свои боевые места в тыловом и боковых охранениях. А Токуев, зажав кинжал в руке, пополз по откосу насыпи к полотну; за ним последовал Малышев с десятикилограммовой миной. Как только они приблизились к рельсам, справа показался фашистский патруль. Григорий и Федор на животах сползли вниз по насыпи и притаились в кустах. Они выждали, пока гитлеровцы скрылись за поворотом, и снова подползли к полотну. Мина была быстро поставлена и искусно замаскирована.

Не успели партизаны отбежать от железной дороги метров на сто, как из-за леса послышался гул эшелона. Вскоре он полетел под откос. Паровоз и почти все вагоны превратились в груду искореженного металла и переломанных досок. Много гитлеровцев было убито и ранено.

После этого Григорий Токуев и его товарищи сделали вывод: минировать железную дорогу надо не только ночью, но и днем. Смелый подрывник всегда найдет способ обмануть бдительность фашистской охраны и выполнить задание.

Мастерски подрывали вражеские эшелоны и партизаны Александра Далидовича. Здесь находился коммунист Иван Венедиктович Сытько — житель деревни Старосек Любанского района. Это был смелый боец. Он успешно закончил курсы подрывников, вернулся в отряд и создал подрывную группу, в которую вошли Андрей Перекотин, Моисей Урицкий, Николай Власов, Семен Лагун, Леонид Хотеев и Абрам Гельфанд. 18 августа 1942 года они совершили первую вылазку на железную дорогу и заминировали ее. При крушении эшелона были разбиты паровоз и три вагона с мукой. Партизаны остались недовольны таким результатом.

— Надо подрывать так, чтобы весь эшелон выходил из строя, — сказал Иван Венедиктович.

Бойцы долго думали, как этого добиться. И они решили ставить мины не на первом попавшемся участке, а на поворотах железнодорожного полотна. Причем старались выбирать места с высокой насыпью и поближе к вражеским гарнизонам, где поезда идут с большой скоростью. И получилось здорово! Группа подорвала 14 эшелонов, и каждый раз при крушении они почти полностью слетали под откос.

Иван Сытько не знал устали. Не успеет вернуться с задания на базу, как уже начинает готовиться к очередной операции. В этом замечательном советском человеке билось мужественное сердце. В одном из номеров газеты «Клiч Радзiмы», издаваемой Любанским подпольным райкомом партии, Иван Венедиктович писал: «Горячая любовь к Родине дает мне силы в борьбе с гитлеровскими захватчиками. Пока в моей груди бьется сердце, я беспощадно буду уничтожать немецко-фашистских поработителей, а если понадобится, то и самое дорогое, что есть у человека, — жизнь отдам на алтарь Отечества». Коммунист Сытько погиб в одном из жестоких боев с оккупантами. Клятву свою он сдержал — бился с врагом до последнего вздоха.

Партизаны нашего соединения действовали на всех железных дорогах, проходящих по территории Минской и Полесской областей. Подрывники из отрядов Шатуры и Кудашева несколько раз минировали полотно на перегонах Осиповичи — Старые Дороги и Осиповичи — Бобруйск и за сравнительно короткий срок спустили под откос свыше десяти вражеских эшелонов с живой силой, техникой и боеприпасами. А подрывники из отряда «Дяди Коли» провели одиннадцать удачных подрывов поездов на железной дороге Минск — Борисов.

Особенно трудно приходилось подрывникам, действовавшим под Минском. Здесь была в основном открытая местность, много гарнизонов противника. Подойти к полотну железной дороги гораздо труднее, чем в других местах, да и отойти после подрыва эшелона было не так-то просто. Но партизан ничто не останавливало. Они старались проникнуть как можно ближе к городу, где поезда ходили на более высоких скоростях. И пусть тебя на каждом шагу подстерегает опасность, пусть на подготовку и проведение операции уходят лишние сутки, но зато при удачном подрыве под откос летят десятки вагонов!