— Ничего особенного, на самом деле. — улыбнулся мужчина, кивнув мне на большое кресло. — Присаживайся.

Мы находились внутри круглого, цилиндрического помещения - вероятно, внутри одной из башен академического комплекса. По стене шла простая, незамысловатая лестница, а само помещение было не слишком обитаемым - обеденный стол из красного дерева, пара кресел перед ним, несколько тумбочек и небольшая кухня рядом - своего рода неплохое место для встреч, но было совсем не похоже, что здесь кто-то всерьез работает. Хотя, может быть, работа этого мужчины и заключается лишь в том, чтобы проводить встречи?

Маг уселся с другой стороны стола, и, не делая никаких жестов, воспользовался интересной формой телекинеза - заставил большие чашки из тёмного стекла воспарить, воду в чайнике - мгновенно нагреться, но не до кипения, и заварил небольшой чайник. В прошлой жизни я владел воздушным телекинезом - но это была явно иная техника, хотя бы потому, что никаких завихрений потоков ветра я не заметил. Я внимательно рассмотрел его лицо - высокие скулы, средних размеров нос, немного острый, но органичный подбородок, темно-синие глаза и обычный ежик коротких темных волос.

— Пищевые синтезаторы в наше время могут производить любую еду. — сказал он, позволив чашкам опустится на стол перед нами. — Но я так много времени провел в путешествиях, что иногда люблю что-нибудь, приготовленное своими руками. Хотя, может быть, виновата сверхчувствительность? Иногда мне кажется, что во всей этой технической, механической обработке вещей теряется некая неуловимая, маленькая частица жизни, что присуща вещам, произведенным руками архаичных цивилизаций. Кстати, нам, пожалуй, стоит представиться. Меня зовут Виталиан Магнус, и я действующий ректор академии имени Гриммеля Тарсара.

— Эрнхарт Грицелиус. — представился я. — Впрочем, полагаю, вы уже знаете мое имя.

— Знаю, конечно. — ничуть не смутился ректор. — Но ты же не можешь винить мага в толике любопытства, правда? Развеешь моё сразу, или сперва поиграем в слова?

В голосе мужчины слышался легкий, веселый азарт.

— Я помню свою прошлую жизнь. — обломал его я, не став ничего скрывать. — Полагаю, это объясняет разницу в ментальном поле с обычным ребенком.

— Да, вне всяких сомнений, объясняет. — взгляд мага затуманился, словно он смотрел сквозь меня. — Впрочем, у меня всё ещё много вопросов, однако думаю, справедливым будет дать и тебе что-то.

— Этот факт мне чем-то угрожает? — немедленно спросил я.

— В общем-то нет… Если сам не полезешь куда не надо. — слегка удивленно посмотрел на меня маг. — Что вообще заставляет тебя думать, что перерождение - это нечто, угрожающее твоей безопасности?

— Барьер на входе в мир, обдирающий души, немного намекает на нежелательность гостей. — хмыкнул я.

В то же самое мгновение я понял, что крепко ошибся, сказав это. Фигура моего собеседника преобразилась в один миг - добродушное, легко любопытство и некоторая вальяжность хозяина положения словно испарились. Приветливый и гостеприимный волшебник замер на месте, не делая ни единого движения - а из его глаз на меня смотрел ледяной, безжалостный взгляд убийцы, готовый нанести удар в любую секунду.

В воздухе повеяло силой - могучим, пробирающим до глубины души присутствием, скорее подобающим богу, чем обычного магу. Я давно не испытывал настоящего страха - но это был тот самый миг, когда оказалось к месту вспомнить это чувство.

Виталиан медленно опустил кружку, не сводя с меня взгляда. А потом, словно убедившись в отсутствии угрозы, отвел взгляд, задумавшись. Я решил помолчать - кляня себя за длинный язык. Гостеприимство и в самом деле расслабляет.

— То, что ты сейчас сказал, является одним из защищённых государственных секретов. — наконец, прервал молчание после некоторых раздумий Магнус. — Это далеко не самое распространённое знание. Однако я подтверждаю свои слова о том, что тебе ничего не угрожает - скорее, это просто было для меня некоторой неожиданностью встретить подобного… Путешественника.

— Почему это так тайно? — слегка удивился я. — Во время путешествия по потоку я встречал множество огражденных барьерами миров. Не скажу, что это такая уж редкость.

Маг помолчал немного, заваривая новый чай. А затем задал немного неожиданный вопрос:

— Как много людей, по-твоему, способны сохранить сознание во время перерождения? Я имею ввиду, не память, а именно сознание. Осознать себя в потоке душ?

— Один из тысячи? — ответил я наугад. — В принципе, думаю, любой волевой разумный справится, я же смог, хотя и не был к такому готов.

— Один на сотню миллионов. — покачал головой Виталиан. — И долгая жизнь на это не влияет. Это требует развитого в совершенно определенном направлении сознания - специфических тренировок или длительного обучения. Мы, кстати, учим этому в академии, в числе прочего, но академия обучает тысячи людей из миллиардов желающих - конкурс у нас огромный. Как много ты помнишь из прошлой жизни? И кем ты был, если это не секрет?

— Я был мастером стихийной магии из ордена повелителей пламени. — не видел смысла скрывать это я. — И я помню всё.