Однако вращение, следующее за стартовым каскадом, Линда провела на хорошем уровне: взяла себя в руки и получила заслуженные аплодисменты от зрителей. После каскада музыка стала всё больше нарастать.

Разогнавшись к правому короткому борту, Линда переменила моухоком направление движения «назад» на «вперед», присела на левой ноге, сделала мощный мах правой ногой, выбросила её вперёд и прыгнула каскад двойной аксель — тройной тулуп — двойной риттбергер. Выезд из этого каскада получился великолепным. Линда украсила его сначала арабеском, потом взяла левой рукой за левое лезвие, подняла ногу почти вертикально вверх, сделав бильман. Зрители зашлись в восторге, элемент она выполнила прекрасно. С этого момента трибуны начали непрерывно хлопать в такт музыке.

После выезда из каскада Линда Флоркевич с ходу, без разгона, сделав всего две подсечки, почти не отъехав от этого места, прыгнула ещё один каскад: двойной лутц — двойной тулуп.

Всё это время она изображала глубокую печаль и драму, потрясала руками, как будто взывая к небесам, делала трагическое выражение лица. Надо признать, артистическая составляющая программы Линды Флоркевич была прекрасной. Она полностью изобразила драму под такую величественную музыку, но… Поднять зал под Адажио было сложно. Канадской фигуристке требовалось либо исполнить что-то необычное, либо технически сложное, чтобы вызвать сильную реакцию зала. К сожалению, такого контента у Линды не было.

Однако, надо признать, хореография у неё была отменная, своим телом она владела очень хорошо, использовала все его достоинства. Плавные, прекрасные движения красивых рук, тонкого тела, стройных длинных ног играли ей на пользу. По всему видно, в хореографическом зале Линда Флоркевич занималась не один день. Впечатление о себе она сумела оставить. Но впечатление, к сожалению, не чемпионское.

Отпрыгав все каскады, Линда исполнила тройной сальхов, последний тройной прыжок в своей программе, после этого чисто исполнила двойной аксель, двойной сальхов и двойной флип. Стандартный набор, который прыгали здесь почти все участницы. Прыгнула она их качественно, но ничего отличающегося от других фигуристок не показала.

Однако были и у неё прекрасные моменты, которые запомнились зрителям и которые они наградили аплодисментами. Линда мастерски исполнила заклон, и бильман, те самые зрелищные вращения, которыми славилась Арина. С небольшой завистью Арина должна была признать: у Линды Флоркевич они получились точно так же, как у неё.

Закончила выступление канадская фигуристка, застыв в финальной позе, выгнув всё тело, и переплетя руки над головой, словно взлетая куда-то ввысь и в сторону. Что должна была означать эта хореографическая поза, непонятно. Возможно, стремление к лучшему или какую-то надежду? Или дерево, скрученное жестокими ветрами на высоком утёсе? Могло быть и так…

Это было непонятно ни Арине, ни зрителям тем более. Программа канадской фигуристки оказалась без внятного сюжета. А ведь это могло сыграть на руку не только Арине, но и Малининой в том числе…

Зал Линда Флоркевич не подняла. Зрители аплодировали очень активно, поддерживали канадскую спортсменку подарками и одобрительными возгласами, но всё-таки чувствовалось, что предыдущие фигуристки, выступившие на грани своих возможностей, и сотворившие чудо, понравились им больше. А ведь это могло и отразиться в судейских оценках.

Раскланявшись, Линда по традиции поцеловала лёд, встав на колени, поднялась, опять поприветствовала зрителей, помахав руками, и покатила к калитке, где её ждала тренер, Сандра Бейзик, женщина средних лет в фиолетовом брючном костюме, встретившая её с улыбкой на лице. Однако зрители видели, что Линда была слегка раздосадована, и это чётко читалось по ней. Несмотря на то, что сейчас канадская фигуристка улыбалась, но, похоже, она понимала, что допустила хоть и малейшую ошибку, но эта ошибка может стоить ей очень дорого, ведь предыдущие фигуристки откатались безошибочно.

Как только Линда и тренер пошли в кисс-энд-край, Арина сняла чехлы с лезвий, подала их Левковцеву и осторожно ступила на лёд, уже порядочно подпорченный предыдущими фигуристками. Начала разминку стандартно, проехав ёлочкой против часовой стрелки до правого короткого борта. Там развернулась, перебежками разогналась к центру арены, сделала несколько пируэтов, после них исполнила несколько крутых рёберных дуг, сбавив темп разминки. Позже, когда почувствовала, что мышцы разогрелись, снова разогналась, у правого короткого борта моухоком встала на ход «назад» на левой ноге и прыгнула тройной лутц.

Момент был настолько ответственный, что казалось, будто энергия витает в воздухе, и в это время Арина допустила опять ошибку, очень свойственную ей в то время, когда она была олимпийской чемпионкой. Как всегда поторопилась, и прыжок получился с большим недокрутом, чуть ли не в четверть оборота. Арина приземлилась и чуть не свалилась на лёд, сделав неловкую раскоряку, опёршись о лёд обеими руками.

Зал ахнул при виде ошибки: ведь так можно и мышцы повредить, и сухожилия потянуть. Арина встала на ноги, сделала несколько шагов и почувствовала, что, кажется, падение обошлось без происшествий. Пока ничего не болело. Раздосадованная, что совершила нелепость, Арина сделала несколько быстрых пируэтов, потом набрала ход, встала на ход «назад» и прыгнула у левого короткого борта тройной флип. Флип получился удачно, и на этом прыжковая тренировка была закончена. В оставшееся время Арина тренировала вращения, стараясь выкинуть из головы падение. Что это было? Попытка внушить публике, что она сейчас выйдет и порвёт всех? Задавит своим мастерством? Вполне возможно. Очень опасное это чувство… Многих не доводило до медалей…