Пачка состояла из девяти банкнот, схваченных десятой.

— Местный аналог ста баксов, — прокомментировал Иванов.

Соколов положил деньги на место, запустил руку поглубже, достал пачку размером с кирпич и вопросительно поднял бровь.

— Тыщщонок десять, — снова перевел в доллары Иванов и значительно поднял палец. — Но помните: деньги в Китае — штука крайне важная.

— И как их носят?

— В сумках.

Соколов положил массивную пачку на место.

— Какие будут указания?

— Ведите хакеров сюда. Путь придумывают, как найти Тролля.

— Это они уже обсудили, — сообщил Соколов. — Хотят выйти в город. «Добывать информацию ножками».

— Они попробуют сбежать?

— Питер — возможно.

— Значит, одного для гарантии надо держать здесь, — предложил Иванов.

— Но не Чонгора. Он им никто.

— Тогда либо Питера, либо Зулу. Что думаете?

— Если взять в заложники Питера, с Зулой проблем не будет, — начал Соколов. — А если наоборот…

— Я так и знал! — Иванов треснул по столу и побагровел. Для него смутное подозрение Соколова, что Питер предаст Зулу, значило не меньше, чем если бы факт предательства сняли на видео и выложили на «Ю-тюб». Иванов был готов сейчас же пристрелить Питера. С одной стороны, Соколов радовался такой вере в его интуицию, с другой — думал, не слишком ли несправедлив к Питеру.

— Это всего лишь мое предположение.

— Нет, вы правы! — настаивал Иванов. — Значит, Питер сидит здесь. Тогда в город идут Зула и Чонгор, а с ними двое ваших людей — и чтоб глаз с них не спускали.

— Прошу разрешения пойти с Зулой и Чонгором самому.

— Почему?

— Потому что я видел город только вот из этого окна.

— Да, хорошая идея. Разведывайте. Увидите даже больше, чем хотите, — уж не сомневайтесь.

Соколов обернулся к стеклянной перегородке — хакеры, как их называл Иванов, стояли снаружи и ждали приказов. Он жестом велел им заходить.

Чонгор, Зула и Питер вошли гуськом и встали с противоположной от Иванова стороны стола, делая вид, будто не замечают набитую деньгами сумку.

— Сон, перелет, опять сон — мы потратили очень много времени, — начал Иванов. — Вы еще не забыли свою задачу?

— Выяснить, кто такой Тролль, — ответил Питер.

Иванов вытаращился на него так, будто услышал страшную грубость. На самом деле, что бы Питер теперь ни сказал — все шло ему во вред.

— Найти ту сволочь, которая меня наебала! — рявкнул Иванов так, что было слышно во Владивостоке.

Его крик звенел у них в ушах еще несколько секунд. Хакеры стояли, втянув головы в плечи.

— Вы должны идти в город и добывать информацию ножками! — объявил Иванов.

Питер мельком взглянул на Соколова.

— На меня смотреть! — гаркнул Иванов.

— Да, сэр, — ответил Питер. — Нам надо проехаться, выйти в Интернет из разных районов, посмотреть на ай-пи-адреса…

— И послать мамочке сигнал бедствия?!

Питер с самого начал стоял весь красный, теперь же сделался пунцовым.

— Вы — сидите тут, — приказал Иванов. — Помогаете составлять карту. — Он перевел взгляд на Зулу. — Вы, дорогая Зула, идете в город с Чонгором. Чонгор, прикасаться к компьютеру можно только тебе. — Иванов погрозил ему пальцем. — Никакой почты, «Фейсбука», «Твиттера» или что там еще придумали, о чем я не знаю. Только одно исключение: если надо, Зула может играть в «Т’Эрру». Чонгор, Соколов с тебя и Зулы глаз не спустит — поэтому без глупостей.

Зула и Чонгор кивнули.

Иванов показал на Соколова:

— Он будет рядом постоянно, чтобы вы не вляпались в неприятности и не вздумали нарушать правила. Если нарушите — например Зула отойдет попудрить носик и пропадет, — мне придется иметь крайне серьезный разговор с нашим корнем всех зол. — Иванов протянул руки к Питеру и изобразил жест, который вполне определенно означал «задушу». — Всем понятно?

Всем было понятно.

— Вперед, за информацией. — Иванов вытащил из сумки денег сколько схватила рука и толкнул пачки Соколову. — А вы, Питер, вот вы… — Он указал на него пальцем, будто тут были другие Питеры. — Останьтесь. Поговорим.

Соколов взял деньги, отошел к двери и выпустил Зулу с Чонгором. На Питера никто не глядел — это было почти невыносимо: плечи опущены, весь дрожит, шея сзади пунцовая и в капельках пота. Соколов не без уважения отметил, что Питер еще не обгадился. Есть стандартная грубая шутка о том, как кто-нибудь мочится от страха. Однако Соколов не раз видел, как в случае крайнего стресса люди именно гадят. От того, что человек надул в штаны, ему нет никакой пользы, к тому же это значит, что он потерял над собой элементарный контроль. А вот опорожняя кишечник, насыщаешь кровью мозг и большую группу мышц, которая обычно занята второстепенным процессом пищеварения. Если бы Питер наложил в штаны, Соколов понял бы; если бы обмочился, тогда от него действительно стоило бы избавиться. Но ни того ни другого Питер не сделал.