Вспомнив друга Динозавра и сенсея Самбо, Нелл почувствовала нестерпимый стыд — куда там мисс Страйкен или хихикающим одноклассницам! Мисс Страйкен — безмозглая выдра, одноклассницы — глупые соплячки, а Самбо — ее друг и учитель. Он всегда уважал ее, не жалел для нее времени, так старался научить ее смирению и самодисциплине. И на что она употребила его науку — отняла линейку у мисс Страйкен! Ей хотелось умереть от стыда.

Она отдала линейку, подняла руку и слышала, но не чувствовала удары, что-то около десяти.

— Жду тебя в кабинете после вечерней молитвы, Нелл, — сказала мисс Страйкен, покончив с экзекуцией.

— Да, мисс Страйкен, — сказала Нелл.

— Что вы все вытаращились? — затараторила миссис Дишер. — Ну-ка глаза на меня и слушаем внимательно!

На этом все кончилось. До самого звонка Нелл сидела, словно отлитая из гипса.

Разговор с мисс Страйкен получился коротким и деловым, без крика и даже нотаций. Нелл услышала, что крайне плохо успевает на уроках Радости. Она рискует не сдать экзамена и совсем вылететь из школы; единственная надежда вытянуть предмет — каждую субботу заниматься по восемь часов дополнительно.

Как не хотелось идти! Суббота была единственный ее день, когда она читала Букварь, гуляла в лесах и полях возле Города Мастеров или навещала Гарва на Арендованных Территориях.

Она чувствовала, что сама, своими руками отравила себе жизнь в Академии мисс Матесон. До недавнего времени она относилась к урокам мисс Страйкен, как к неизбежному злу — надо высидеть, а дальше снова станет весело. Надо же, какие-то месяца два назад она летела домой, переполненная уроками Сияния, и почти не замечала крохотного черного пятнышка Радости. Однако за последние несколько недель мисс Страйкен распухла до немыслимых размеров и заслонила все остальное. Каким-то образом она это просекла и точно выбрала время для начала кампании. Сегодняшнее столкновение было рассчитано безошибочно. Она вытащила на свет сокровеннейшие чувства Нелл, как опытный мясник, обнажающий внутренности одним-двумя ловкими ударами. Теперь все кончено. Академия мисс Матесон исчезла, осталась пыточная камера мисс Страйкен, и ускользнуть из нее невозможно, не признав своего поражения, а это — Нелл знала от друзей и Букваря — последнее дело.

Имя Нелл появилось в классной комнате на доске под тяжелой медной табличкой "ДОПОЛНИТЕЛЬНЫЕ ЗАНЯТИЯ". Через несколько дней к нему присоединились два других: Фиона Хакворт и Элизабет Финкель-Макгроу. История о том, как Нелл обезоружила страшную мисс Страйкен передавалась из уст в уста, и подружки, вдохновленные ее героизмом, не пожалели сил, чтобы заслужить такое же наказание. Теперь три лучшие ученицы Академии мисс Матесон каждую неделю отбывали лишние восемь часов.

По субботам Нелл, Фиона и Элизабет приходили в школу и садились в ряд за соседними партами. Это была часть адского замысла мисс Страйкен. Менее искушенный мучитель рассадил бы девочек подальше, чтобы они не шушукались, но мисс Страйкен нарочно увеличивала соблазн обернуться и передать записочку.

Учительница в класс не входила. Девочки полагали, что за ними следят, но проверить этого не могли. Когда они входили, на столе у каждой уже лежало по стопке книг, старых, в истертых кожаных переплетах. От них требовалось переписывать книги от руки и перед уходом аккуратно складывать листочки на стол мисс Страйкен. Как правило, это были расшифровки стенограмм заседаний Палаты Лордов, составленные в девятнадцатом веке.

В седьмую субботу Элизабет Финкель-Макгроу внезапно бросила ручку, захлопнула книгу и швырнула ее об стену.

Нелл и Фиона прыснули со смеху, однако Элизабет была настроена отнюдь не шутливо. Не успела книжка шмякнуться об пол, как Элизабет вскочила и с яростным сопением принялась пинать ее ногами. Книга безучастно сносила побои, и тем еще больше разозлила Элизабет; она плюхнулась на колени и принялась горстями вырывать страницы.

Нелл и Фиона переглянулись, сразу помрачневшие. Пока Элизабет пинала книгу, им было смешно, сейчас сделалось страшно.

— Элизабет! Прекрати! — закричала Нелл. Элизабет как будто не слышала. Нелл подбежала и обхватила ее сзади. Через мгновение подоспела Фиона и подняла книгу.

— К чертям! — орала Элизабет. — Плевала я на эти поганые книги, и на Букварь тоже!

Дверь с треском распахнулась. Влетела мисс Страйкен, одним движением оттерла Нелл, схватила Элизабет за плечи и силой вытолкала в коридор.

Через несколько дней родители Элизабет увезли ее в продолжительный отпуск. Они перебирались из одного новоатлантического анклава в другой на личном дирижабле, сперва были в Северной Америке, затем остановились на несколько месяцев в Лондоне. За первую неделю Нелл получила от Элизабет одно письмо и Фиона два. После этого, сколько они ни писали, ответа не приходило. Имя Элизабет исчезло с доски дополнительных занятий.

Нелл и Фиона держались. Нелл достигла точки, когда могла целый день переписывать книги, не воспринимая ни единого слова. В первые месяцы она была напугана; она сама дивилась силе своего страха и постепенно осознала, что Власть, даже когда не прибегает к физическому насилию, не менее страшна, чем все ужасы ее детства. После случая с Элизабет на многие месяцы воцарилась смертельная скука, которая сменилась яростью, пока из разговоров с Мальвиной и Уточкой Нелл не узнала, что злоба подтачивает ее изнутри. Усилием воли она вернулась к скуке.