— А что ты ищешь? — крайне заинтересовался он. Понятно, ему нужно определить, заслуживаю ли я таких сведений. В Блю-Киллс наверняка имеется десяток посредственных хозяйственных, но в каждом городке есть один поистине хороший. Чтобы найти такой, обычно требуется лет шесть.

— Не мелочевку. Кое-какие серьезные штуки, прутковая сталь, трубы…

Он меня оборвал: я доказал, что в скобяных изделиях разбираюсь, да и себя уважаю, а потому объяснил, как проехать.

А потом («труд невелик») даже подбросил меня до места. Повез меня на своем «кадиллаке севилья» с приваренным к капоту масонским циркулем. Старикан явно был когда-то шишкой в корпорации. И столь же явно имел на кого-то зуб.

— Грутена знаете? — спросил я по дороге.

Дейв Хагенауэр (если верить адресам на рекламных конвертах, сваленных на бардачке) рассмеялся и с силой хлопнул ладонью по обтянутому бордовым кожзамом рулевому колесу.

— Рыжего Грутена? А как же! А ты, черт побери, откуда его знаешь?

— Вместе рыбачите? — спросил я, пропустив мимо ушей его вопрос.

— Ага, рыбалка, охота, что хочешь. Мы давно вместе. Хотя сейчас нас уже мало на что хватает, так, удим помаленьку с лодки.

— Надеюсь, не в Северном Рукаве?

Он присвистнул. Хитренько блеснули синие, как упаковка лосьона «Аква-Вельва», глаза.

— Ну уж нет. Я про это место давно знаю. Да ни за что на свете!

К тому времени мы добрались до магазина.

— Смотри не вляпайся в неприятности! — напутствовал он меня и еще смеялся, когда я захлопнул дверцу машины.

Большинство моих коллег, когда им надо подумать, отправляются за город с рюкзаком. Я иду в хороший хозяйственный универмаг и ищу там самый промасленный, самый пыльный закуток. Я заговариваю с самыми старыми людьми, какие только тут работают, и мы долго обсуждаем сравнительные достоинства машинных болтов против вагонных и когда использовать компрессию, а когда развальцовку. Если они знатоки своего дела, то ко мне не пристают, оставляют бродить и думать. Молодые слишком много о себе понимают. Им кажется, они способны помочь тебе найти что угодно, и по ходу задают уйму дурацких вопросов. Старые продавцы по опыту знают: ничто в хозяйственном не покупается по номинальному своему назначению. Ты покупаешь вещь, сделанную для одного, и используешь ее для другого.

Поэтому в первые несколько минут мне пришлось отогнать двух излишне ретивых юнцов. Методику я отработал давно: просто бормочу что-то очень техническое, вставляя термины, которых они не понимают. Делая вид, будто знают, о чем я говорю, они посылают меня в другой конец магазина. Молодые продавцы не любят покидать своих отделов, а старики предпочитают обращаться с тобой как со своим, поэтому можешь бродить и думать, набрать охапку товаров, нахмуриться, развернуться, положить все на место и начать заново.

Это я проделал неоднократно. Через полчаса появился, как астероид по дальней орбите, старый продавец — просто из вежливости и убедиться, что я не магазинный вор.

— Могу вам чем-нибудь помочь? — с чувством спросил он.

— Это очень долгая история, — ответил я и тем его успокоил.

Он вернулся к кофе и каталогам, а я еще раз прошелся по слесарно-водопроводному отделу, перед глазами у меня танцевали тета-отверстия.

Передо мной стояла базовая дилемма «мягкое-жесткое». Мне нужна мягкая прокладка, которая хорошо легла бы на изгиб трубы и послужила изоляцией. Но она должна быть достаточно жесткой, чтобы ее не снесло давлением выброса. Два круга по Лучшему Хозяйственному в Блю-Киллс показали, что ни один отдельно взятый предмет не подойдет. Тогда я попытался разбить проблему, решая по одной задаче зараз.

Во-первых, мягкая часть. И вот пожалуйста — четырехдюймовое резиновое колесо, веселенькая упаковка, и висит точно плод на дереве.

— Сколько таких прокладок для унитаза у вас есть на складе? — крикнул я.

Молодые продавцы задохнулись от возмущения, но старик и глазом не моргнул:

— А сколько у вас унитазов?

— Сто десять.

— Ух ты! — вклинился молодой. — Тот еще домик!

— Я миссионер канализации, — объяснил я, неспешно приближаясь к кассе. — Еду на следующей неделе в… — едва не сказал Никарагуа, но вовремя поймал себя за язык, — …в Гватемалу. Если хотите знать мое мнение, единственный способ остановить там распространение болезней — это современная гигиена. Поэтому мне нужна чертова прорва таких штук.

Конечно, они мне не поверили, но от них и не требовалось.

— Джо, пойди посмотри, сколько у нас есть, — велел босс.

Нервно улыбаясь, Джо отправился в подвал. Я отвернулся прежде, чем меня начали донимать вопросами, и перешел к Фазе II: что-нибудь твердое и круглое, что удержало бы прокладки на боку большой трубы. Какой-нибудь диск. Не дай бог, нам придется вырезать сто десять дисков из фанеры. Перед глазами у меня возникла страшная картина: мы на борту «Иглобрюха» ночь напролет пилим и пилим, и у нас кончаются полотна для ножовок. Где-то в этом прекрасном магазине должна быть уйма дешевых круглых штук.

Вкратце: в отделе домашней утвари была распродажа наборов для салата. Дешевый пластик. Большая миска, внутри еще десяток мелких плюс ложка и вилка для накладывания. Позаимствовав с витрины маленькую мисочку, я отнес ее в водопроводный отдел, чтобы приложить к моему «сальнику»: подошло идеально.

Теперь оставалось лишь найти что-нибудь, что придавило бы ободок салатника к прокладке, а ее — к трубе. С самого начала я знал, что поперечина в дыре послужит анкером. На задах магазина нашлись ярды и ярды прутковой стали — как раз то, что нужно. Нарезать пятидюймовыми кусками, загнуть плоскогубцами, чтобы на одном конце получился крюк, зацепить за поперечину, пропустить через отверстие в середине миски и закрепить «барашком». Придется потрудиться, но на то и существует «веселящий газ».