Одну привычно заряжаю на отдельную частоту, а вторую на время в пять секунд свободного полёта. Можно было не заморачиваться, но я не уверен, действует ли детонатор сквозь портал.

— Смотрите внимательно, — обращаюсь сразу ко всем своим, живым и мёртвым зрителям.

— Как тебе такое, Джон Локк**? — подкидываю одну гранату высоко вверх, а вторую, с временной задержкой, закидываю в портал. Достаю из опустевшего подсумка детонатор и активирую первую и последнюю частоты.

Яркий громкий взрыв метрах в пяти над площадью совпадает со взрывом голема плоти. Куски тел и их внутренностей только начинают разлетаться вокруг, как вспыхивает взрыв в портале. Если там кто и закричал, то его никто не услышал. Люди, потому что оглохли и ослепли, а я, потому что заранее сформировал из энергии ауры затычки в ушах.

На взрывы, я понятно, не смотрел, а сразу нырнул в головную Мазерати, слегка прикрыв за собой дверь. Теперь нужно просто подождать, тем более что разлом закрылся. Нестабильные это штуки. Стоит уничтожить всех монстров по обе его стороны, как они закрываются, как раны под действием вызывающего быструю регенерацию лечебного зелья.

Герои появились только через восемь с половиной минут. И это в центре европейского района! И они ещё борются за звание района высокой культуры быта! Ну ладно, из тех героев, что прибыли ни один не умел летать, так что я, возможно, несправедлив. Они ведь обычно патрулируют зоны повышенного риска, а центральная площадь перед районной администрацией к ним до последнего момента явно не относилась. Зато я успел, не торопясь стащить свой балахон и заминировать машину.

Кто там из героев прибыл, я рассматривать не стал. Наоборот, максимально свернул ауру, лёжа на переднем сиденье и слушая, как переговариваются полицейские в оцеплении. Когда рядом с машиной появились люди, а кроме героев, тут быть некому… хотя нет, рядом с ними была какая-то полицейская шишка. По протоколу, все места появления разломов должны блокироваться полицией и вызывать команду охотников. Но если разлом появился в результате деятельности злодея, то вызывались герои. У таких происшествий был более высокий приоритет.

Ждать больше незачем. Активирую гранату в третьей машине.

Врыв. Вспышка не так эффективна, ей мешают тонированные стёкла, но зато они разлетаются вместе со звуковой волной, добавляя ей если не эффективности, то эффектности.

Открываю дверь своей машины. Взрываю гранату во второй. Все уже поняли логику происходящего и разбегаются. Присоединяюсь к ним, на ходу взрывая последнюю Мазерати.

Добегаю к пригнувшимся полицейским и начинаю помогать им пинками отгонять от места происшествия блогеров и журналистов. И в этом нет ничего странного, ведь на мне полный комплект полицейской формы. Правда, маскарадной, но она отличается от настоящей немного другим цветом ткани, другими пуговицами и знаками различия. Но кто будет приглядываться к таким мелочам в такое время?

_________

* Отрывки из поэмы Григория Трестмана «ГОЛЕМ, или проклятие Фауста»

** Джон Локк — это не только английский философ, оказавший огромное влияние на развитие политической философии вообще и либерализма в частности. Он ещё и носитель абсолютного зла в виде чёрного дыма в «Остаться в живых». Впрочем, одно другому не мешает.

Глава 8. Антигерой

Что-то было не так. Попытка разобраться через медитацию привела к воспроизведению в сознании отрывка из Матрицы. Того, где Морфеус говорит, что мысль о том, что с миром что-то не в порядке, зудит как заноза в сознании, сводя с ума.

Хорошо, если медитация обозначила проблему, но я не могу расшифровать ответ своего подсознания, остаётся старая добрая дедукция. Я обвёл взглядом микроскопическую комнату, с лежанкой, кухонной плитой и телевизором, на вмурованном в стену экране которого, с отключённым звуком шла передача Алисы Смит. Она явно купила запись у моего знакомого стримера и теперь показывала её с комментариями приглашённого эксперта из Ассоциации героев.

Нет, было даже интересно слушать о себе, тем более что я чувствовал, как с ростом известности бренда «Шутник» усиливается моя аура. Вот только к середине передачи чувство, что я упустил что-то важное, заставило выключить звук и погрузиться в самоанализ.

Поиск ответа в медитации, это когда ставишь перед собой вопрос и отпускаешь контроль над сознанием. Теоретически в появившихся картинках будет зашифрован ответ. Ну, это у меня картинки, ибо я визуалист, а как обстоят дела у остальных, не знаю, да мне и не особо интересно. Но визуализация ответа выдала мне образ Морфеуса, а это слишком многозначительный ответ. В смысле, слишком много значений у его расшифровки, вплоть до нереальности всего сущего.

Попробую другой способ. Он проще и подходит всем, кто только способен чётко формулировать свои мысли.

Закрыть глаза. Расслабиться. Задать себе чёткий вопрос и сразу же, не думая ни секунды, ответить на него.

«Что меня беспокоит?»

«Неосознанность».

Прикольно. Я, конечно, слышал о необходимости осознавать себя в каждый момент времени, но не думал, что это подходящая тема для беспокойства.

«Когда я не осознавал себя?»

«Когда покупал гранаты»

«Что именно я не осознавал?»

«То, что передал привет от Ханы».