– Мальчик, дай мне в руки хорошую винтовку, и я многих утащу за собой на тот свет, – ухмыльнулся старик беззубой улыбкой.

Помимо Эмроуза к нам присоединилось ещё двое заключенных.

За что их арестовали, мне было совершенно безразлично. Как я уже понял, место это совершенно особенное. Это в главном корпусе Брокен Хиллс сидят насильники, убийцы и ворье, то здесь контингент куда более интересный.

– Виктор, мальчик мой, держись за мной, – заявил дядя, вооружившись револьвером, что был отдан мною. – Эмроуз, прикрывай Виктора. Остальные, держитесь позади и не лезьте на рожон, по крайней мере, пока не получите оружие.

Несогласия после этого не последовало. Оно было у меня, но я решил его пока не выказывать. Дядя все ещё считает, что меня надо оберегать, и просто не понимает, что мне опека не нужна.

Из оружия у меня остался лишь черный кинжал, но это не страшно. В Лабиринте мне было достаточно и его, чтобы сражаться с тварями, словно вышедшими из ночных кошмаров. В данной ситуации чем больше у нас боевых единиц, тем лучше. Дядя стрелял не хуже, а даже лучше меня, так что его навыкам я более чем доверял.

Эмроуз вызывал у меня сомнения, но раз уж дядя Уоррен ручался за его навыки, то и я буду спокоен.

Единственное, что меня волновало, так это нога дяди. Он подволакивал её при ходьбе и постоянно морщился. На вопрос, что с ней, тот ответил что-то вроде:

– Сущая ерунда. Когда пытали, ткнули ножом, куда не надо, и в итоге я её плохо чувствую.

Меня его слова сильно обеспокоили, но дядя пообещал, что задерживать нас не станет.

На выходе из зоны камер в ангар нас уже ждал добрый десяток бойцов, предложивших нам сложить оружие и сдаться, чего мы, разумеется, делать не собирались. Ответом на данное предложение стал весьма меткий выстрел Эмроуза прямо в лоб одного из охранников. Похоже, дядя был прав, когда говорил что тот отличный стрелок, а я ещё сомневался, смотря на этого невзрачного и хилого деда.

По нам незамедлительно открыли огонь. Одна из пуль срикошетила от стены и попала в ногу арестанту, бежавшему с нами. Тот вскрикнул, но на это особо никто из нас не обратил внимания, и своих проблем хватало.

Противник действовал грамотно, используя укрытия и подавляя нас численным преимуществом. Дядя с Эмроузом были вынуждены отстреливаться, пряча головы за укрытием.

– Все ещё не готовы сдаться? – послышался самодовольный вопрос, когда выстрелы стихли. – За ваши трупы с нас спросят, но не думайте, что мы побоимся вас убить. Бросьте оружия и вернетесь в камеры. Живыми.

Среди пары безоружных послышались тихие перешептывания. Начал их явно раненый, который всерьез задумался о том, что совершил ошибку, решив пытаться бежать. Но ни я, ни дядя, ни тем более старик с винтовкой не намерены были отступать, несмотря на численное и огневое превосходство противника.

– Эмроуз, отвлеки их, как сможешь, – попросил я старика, на что тот ухмыльнулся беззубой улыбкой.

– Виктор, что ты задумал? – схватил меня за руку дядя Уоррен.

– Просто доверься мне.

Я тенью рванул в сторону одной из пустых клеток. Меня, разумеется, заметили и тут же открыли огонь. И даже попали: одна пуля прошила мне левый бицепс. Ещё одна чиркнула по ноге, но там просто царапина.

Ранения нисколько меня не задели, и я, напротив, попытался воспользоваться способностью, благодаря которой ранее становился невидимым для врага. Проблема в том, что для этого я должен был сохранять неподвижность, а я сейчас бежал со всех ног.

Я ни на что особо не рассчитывал, но оказалось, что способность работает. И нет, у меня вовсе не получилось стать невидимкой, но противник все чаще стал стрелять куда-то не туда. Но я полностью игнорировал данный факт – разум должен быть кристально чист. Ни страха, ни сожалений. Я подобен ветру.

– Виктор! Ты совсем спятил!? – послышался испуганный возглас Алисии, видевшей, что я чуть ли не под пули кидаюсь.

На этот раз не пронесло. Одна из пуль ударила в живот, едва не заставив меня потерять концентрацию и упасть на пол от боли. Одно хорошо – пуля прошла насквозь. Но пересиливая боль и продолжая движение, я сходу вонзаю черный клинок в шею солдату.

Стоящий рядом немедленно открывает огонь, полностью игнорируя близость товарища.

Приходится использовать тело первой жертвы как живой щит. Хотя вернее, уже мертвый.

Увы, жизненные силы в этот раз ушли не мне, а Нуорру. Отбросив от себя мертвеца, сделал стремительный рывок в сторону стрелка. Тот оказался не из простых, и встретил меня выдвижным клинком, скрытым в металлической руке.

Это стало для меня крайне неприятным сюрпризом. Да и товарищи, которые были заняты обстрелом прикрывающих меня заключенных, мигом сообразили, что силы противника, зашедшие слева, оказались куда серьезнее, чем ожидалось.

Острие клинка проходит совсем рядом с моим лицом, едва касаясь серебристой поверхности маски. Затем я резко отклоняюсь в сторону, распарывая ногу врага и попутно забирая себе немного жизненных сил.