– Здравствуй, чужеземец!
– воскликнул он на довольно чистом тау-риминейском языке, одном из употребительных языков обитаемой Вселенной.
– Мир тебе!

Ну, дружище... Услышать эту речь в глухом уголке затерянной Галактики, заведомо считавшейся полудикой... Было от чего прийти в изумление.

– Того же и вам, - ответил я, как положено, и без долгих церемоний спросил напрямик: - Почему меня задержали против моей воли?

Абориген широко улыбнулся, как будто я рассказал ему остроумный анекдот.

– Меня зовут Вафуф, - сказал он.
– Я - главный королевский церемониймейстер. В скором времени состоятся Большие Королевские Гонки. Мы предлагаем тебе участвовать в них. В случае победы получишь поистине царскую награду.

– Я не собираюсь участвовать ни в каких гонках! Требую немедленно доставить меня к моему кораблю!

– Тебе придется.
– В мягком голосе Вафуфа промелькнули властные нотки.
– Как рука?

– Побаливает, - буркнул я, собираясь с мыслями.

– Досадное обстоятельство, - покачал он головой.
– Значит, придется подождать. Иначе ты не сможешь управлять скользуном. Ну, отдыхай и набирайся сил. Тебя будут хорошо кормить и оказывать медицинскую помощь. Поправляйся быстрее!
– И он добавил загадочно: - Ты как раз тринадцатый. Мы давно тебя ждали. Но теперь гонки состоятся обязательно.

Не успел я и рта раскрыть, как он ушел.

Еще несколько дней я терялся в догадках. Мне приносили различные яства и напитки, делали массаж и притирания, но ни один абориген не вступал со мной в разговор. Дверь всегда оставалась закрытой, в комнату не долетало ни звука.

Единственная радость: плечо перестало меня беспокоить. Я чувствовал себя полным сил и энергии и смотрел в будущее с оптимизмом.

Наконец Вафуф появился снова. Я встретил королевского церемониймейстера заранее подготовленной фразой, которая, на мой взгляд, должна была приструнить вальяжного царедворца:

– Являясь полноправным гражданином могущественной и суверенной планеты Земля, требую немедленного освобождения и официальных извинений!

Вафуф пропустил мой демарш мимо ушей и улыбнулся в своей манере:

– Мне сообщили, что ты совершенно поправился. Замечательная новость! Теперь ничто не помешает, начать подготовку к гонкам. Следуй за мной, и ты все поймешь.

Что мне оставалось? Не торчать же в этой опостылевшей комнате? По крайней мере, осмотрюсь, решил я.

Мы оказались во внутреннем дворике, ограниченном мрачными высокими стенами под цвет местного песка. Посередине стояли в ряд несколько экипажей, похожих на старинные кареты.

Вафуф указал на один из них. Мы расположились в довольно уютном салоне. По обе стороны от меня сели молчаливые стражники. Вафуф плотно зашторил окна. Экипаж тронулся с места. До сих пор не могу понять принцип его движения. Не слышалось ни стука мотора, ни выхлопа газов, ни даже скрипа колес. Скорость, однако, была приличной.

Я вновь попытался заявить о своих правах.

– Уверяю, что спасательные корабли уже ищут меня, - соврал я, сверля взглядом расплывшуюся от жира физиономию Вафуфа.
– Скоро они будут здесь. Берегитесь! Вам придется отвечать по всей строгости закона!

– О! Как страшно!
– хохотнул он.

Я понял, что разговор бесполезен, и замолчал, храня непроницаемый вид, под стать моим стражникам. Вафуф погрузился в дрему.

Поездка продолжалась, должно быть, около часа.

Наконец экипаж остановился. Вафуф тут же бодро встрепенулся, кряхтя выбрался наружу и поманил меня пухлым пальцем.

Никогда не забуду картины, представшей моему взору.

Вокруг простиралась ровная, как стол, голая пустыня. Ступни тонули в мелком рассыпчатом песке. А прямо передо мной высились два грандиозных сооружения, способные своими масштабами соперничать с египетскими пирамидами. Представьте себе, мой молодой друг, две прямые стены, расположенные одна против другой, каждая - высотой с шестиэтажный дом, широкие, как взлетные полосы, о длине же можно было только догадываться, ибо они убегали за горизонт, вызывая в памяти образ Великой китайской стены. Поначалу мне показалось, что они тянутся параллельно, но, приглядевшись, я понял, что это не совсем так. Стены постепенно сходились и, видимо, где-то за горизонтом соединялись между собой, образуя острый угол. Здесь же, где они брали начало, расстояние между их фундаментами составляло около двухсот метров. Сооружение, повторяюсь, потрясало своей величественностью, но догадаться о его предназначении было невозможно.

Вместе с нами сюда прибыло еще два закрытых экипажа со стражниками. С крыши одного из них воины спустили какую-то разлапистую складную конструкцию и принялись собирать ее.

– Слушай меня внимательно, чужеземец, и запоминай с первого слова, -важно заговорил Вафуф.
– Мы находимся на Большом Королевском стадионе. В день Больших Гонок на этих стенах установят трибуны, на которых займут приличествующие места знатные люди королевства. А здесь, в пространстве между стенами, пройдут состязания. Мы с тобой находимся как раз на линии старта. Твоя задача пройти дистанцию, составляющую в пересчете на известные тебе величины двадцать один километр сто сорок семь метров, и первым достигнуть королевских ворот, - он указал на дрожащую вдали дымку.
– Участников гонки - тринадцать. Это магическое число. Скользуны у всех одинаковые. Победитель получает королевский приз, звание пожизненного чемпиона, хороший дом и четыре жены.

– А если я приду вторым?
– просто так поинтересовался я.

– Тебе отрубят голову, - любезно пояснил Вафуф.

Я воспринял ответ как образец местного черного юмора и усмехнулся. Но королевский церемониймейстер поспешил развеять мое благодушие:

– Награду получает только первый, - повторил он уже серьезнее.
– Всем остальным сразу же после гонок на глазах у зрителей отрубают головы. Это обязательная часть праздничного ритуала.

У меня мурашки побежали по коже.

– Но зачем такая жестокость?!