На том месте, где я стоял мгновение назад разверзся настоящий ад, который практически моментально унёс моего друга на возрождение, а в следующий миг я осознал одну простую истину — мы опять остались с вражеским лидером один на один, только вот теперь именно от МЕНЯ зависела судьба Самгана, и права на ошибку у меня действительно нет…

Враг так же прекрасно понял это, и сейчас с явном предвкушением медленно двигался в мою сторону. Он прекрасно знал все мои фокусы, и буквально источал из себя уверенность, что что бы я не предпринял — он со всем справится.

Я тоже понимал, что воздействовать на этого ушлёпка моими обычными навыками практически бесполезно. Духа защитника звать тоже было такой себе затеей, да и вообще вся сложившаяся ситуация попахивала весьма скверно.

Чтобы одержать победу в этом бою мне нужно было настоящее чудо, и именно в этот момент я неожиданно вспомнил родные глаза Эсты, сразу после чего кристально ясно осознал: это чудо у меня есть!

В следующий миг я резко отлетел от неутомимо приближающегося врага на другой конец арены, вызвав этим безудержный смех с его стороны, сразу после чего начал лихорадочно менять своё снаряжение, благодаря свою предусмотрительность, что в своё время не стал сдавать этот комплект в хранилище…

Если кто не понял, то сейчас я говорю о тех вещах на волю, которые в своё время наглым образом прихватизировал из хранилищ Эсмаруила, воспользовавшись своим господствующим положением, и сейчас я быстро их одевал, разгоняя этот свой параметр до нужных мне значений.

Тем временем вражеский лидер разродился насмешливой речью:

— Не бегай, Винд!!! Прими достойно свою смерть!!! Так уж и быть, ты впечатлил меня, поэтому когда мы войдём в ваш мир — я сделаю тебя своим личным слугой!

«Мечтать не вредно!» — подумал я, и именно в этот момент наконец одел последнее колечко, после чего предвкушающе посмотрел на тварь под собой, и хорошенько напрягшись, призвал в свою руку дремлющий артефакт — Воля окторианца!

Его явление сопровождалось вспышкой короткой молнии, что вызвало новый смех со стороны моего врага, уверенного в своей неуязвимости к этой стихии.

Да, артефакт в моих руках атакует врага именно при помощи молнии, только вот артефакт этот — это наследие целого народа, и сила заключённая в нём — далеко не так проста как кажется, о чём я тут же сообщил своему сопернику, превратив артефакт в гигантский лук, работающий по принципу огненного, и оттянув тетиву, тут же запустил в него появившейся молнией.

Смех врага пропал в ту же секунду, что было не удивительным от слова совсем. Тяжело знаете ли смеяться, когда в тебя прямой наводкой прилетает несколько сотен миллионов вольт.

У врага конечно же была активирована защита, которая спасла его от обидного поражения после этой атаки, но вот от побочек в виде судорог ему деваться было некуда, чем я и воспользовался, посылая в него очередную стрелу.

Ундар не стал безропотно ждать очередного подарка судьбы, и создав из молнии меч — тут же отбил в сторону отправленный подарок. Ну как, отбил… Попытался это сделать, но так как он оперировал обычной молнией, а я атаковал его истинной стихией молнии, то как не трудно догадаться — это были несколько разные весовые категории, поэтому хоть он и в очередной раз отразил атаку, тем не менее тряхануло его не слабо.

Ундар больше не смеялся. Он был предельно сосредоточен, и сверлил меня злобным взглядом существа, готового на всё, ради победы. Я ответил ему полной взаимностью, на что вражеский командир вдруг сорвал с груди какой-то амулет, и кинул его немного в сторону от себя, вызвав слабую вспышку света, который полетел куда-то на край арены.

В тот же миг я заметил краем глаза, как тела близняшек пропали, а это значило только одно… Эта тварь только что воскресил кого-то из своих компаньонов, потратив одноразовое воскрешение, и если это танк, то это пол беды, а вот если инвизер…

Очень быстро я убедился, что Ундар совсем не глуп, и рассуждал схожим со мной образом, поэтому совсем не удивительно, что он принял решение воскресить инвизера, памятуя о моих проблемах с его обнаружением.

«Больше чем уверен, что они провели работу над ошибками, и выдали ему какую-то приспособу, способную спрятать его от обнаружения ветром, и теперь мне будет очень очень весело…» — грустно подумал я, а в следующий миг буквально уронил свою челюсть к далёкому полу арены.

Дело в том, что на долю мгновения я заметил, как около элементаля врага мелькнуло что-то чёрное, сразу после чего он просто взял и распался, явив моему удивлённому до невозможности взору труп Ундара, и совершенно спокойного окторианца, который не сводил пристального взгляда с артефакта в моей руке, после чего опустился на одно колено, и стукнув себя кулаком в грудь, произнёс:

— Правитель! Младший сэйти приветствует тебя!