Симуляция неплохо проработала обиталища генерируемых ей разумов, и земля является усреднённым типом всего дополнительного. Чего-то больше, чего-то меньше, а нечто и вовсе настолько ничтожно, что забыто и существует лишь на страницах. Но даже у этого есть свой мир.

— Бесконечность миров в клетке симуляции… — произнес я и саркастически хмыкнул. — Как же это ничтожно мало…

— Вы что-то сказали, мастер? — монах всё слышал, попытался понять, но так как я не договорил, мои слова остались для него загадкой.

— Скоро узнаешь о чём я. — думаю, пора людишкам узнать, что они ненастоящие. Даже интересно увидеть их лица. Правда я даже не представляю как начать. — Позови ко мне чуть позже всех лидеров обоих общин, а также их доверенных лиц. Буду заявление делать. Думаю, часик у вас есть.

— Это связано с вашими возможностями? — наверное он имеет ввиду смену учений на лету.

— Напрямую. Всё, рассчитываю на тебя. — с этими словами я просто исчез. Настоящий культиватор, даже дыша, насыщает себя энергией, вот и я успел поднакопить немного. Впрочем, этого «немного» хватит чтобы расколоть землю под всей общиной.

Появился я у пемброка. Они с Халитой скрылись в доме, где отсутствовала стена, поэтому мне не составило труда приближиться. Он тут же попытался применить свои способности, но у него ничего не вышло. Святость этого места продолжает развеивать энергию системы.

— С каких пор ты враждебный такой? — на это он просто забрался на живот Халиты и положил голову ей на грудь уткнувшись носом в подбородок девушки. — Ага. Ясненько. Задача ещё не выполнена и тебя пока не отвлекать? — он ничего не ответил, только глаза закрыл. — Хорошо, не буду беспокоить.

Осмотревшись, нашел на диване плед. Или простынь. Или пододеяльник… Хрен знает как это правильно называется, может вообще просто полотенце для максимально охреневших людей. В любом случае тряпка большая и ей я накрыл их обоих.

— М-да… — прошептал я, смотря на дело рук своих и чувствовал некоторое отвращение.

Стремление к могуществу на пути культивации заставляет вести аскетичный образ жизни. Он не приемлет балласта в любом его проявлении.

Любимые люди, симпатия к кому-то, привязанность. Всё это мешает развиваться так как отвлекает. Личную силу не взрастить на плечах близких, на них можно только опереться. И то временно. Чтобы бросить вызов небесам, придётся отказаться от всего земного, иначе…

Прекратив размышления, я отошел в сторону и плюхнулся на диван между двумя обычными людьми из общины Кайзера. Они и до этого меня побаивались после того как узнали, что я абсолют, а теперь, увидев в деле и вовсе были в ужасе.

— Эко меня ебоквакнуло… — вздохнув, пожаловался я им. — Крыша уже едет… Есть аскорбинка? — неожиданно спросил, повернувшись к одному из них. Тот энергично повертел головой. — А у тебя? — тот повторил за первым. — Эх… Ладно… Тогда снимайте свою одежду. Мне как раз впору будет…

Они не сразу сообразили о чём я, но под тяжелым взглядом спешно начали стягивать с себя всё.

— Благодарю. Футболки и штанов с ботинками хватит. Носки тоже, да. — сбросив с себя святые одеяния, сменил имидж, а затем бросил им взамен пропитанную святостью тряпку. — Вот, она это… Святая… Бартернуть можно просто за бешеную цену.

— Эм… А кому? — тот, кто лишился штанов, по всей видимости приобрел сумасшедшую смелость раз ему хватило храбрости задать такой вопрос. Или он просто глуп.

— Эта ткань пропитана святостью. Она при прикосновении исцеляет раны и выжигает энергию системщика. Ну, или любую системную магию развеет как заслон святой воды. Если башка на плечах есть, найдете кому загнать. А если отнимут, пожалуйтесь мне. Приду, убью их. Всё, бывайте.

Сейчас им было трудно представить насколько ценные это тряпки, всё же вся община имеет ровно такие же свойства, только вот это временно. На третий день, когда случится чудо воскрешения, этот домен нисхождения духа божьего, развеется. А вот тряпки нет. Они будут работать пока не истлеют. Тем более святые ещё нескоро смогут подобную ткань делать. Святая вода и священная территория их максимум на данный момент.

Покинув дом нашел монаха. Он был занят тем, что разговаривал с Морфиной а рядом с той, стоял знакомый мне дед.

— Опа! Какая встреча! — я приблизился к нему и неуловимым движением профессионального вора упёр его оружие. — Ты только погляди! И никому его до сих пор не впарил?

— Молодой человек, будьте добры вернуть оружие. Оно наградное, за заслуги и ценное как память.

— Мне-то не заливай. Наградной… Конечно! Кустарщина это лютая! — выщелкнув магазин, убедился, что там патронов ровно столько, сколько и было когда он мне давал его в самом начале апокалипсиса.