— А как же Халита? У неё сейчас, благодаря тебе, выжжен мозг! И он уже гниёт! Кто знает, чего у неё случиться с характером после воскрешения? Дир, конечно, сработал на отлично, но нам ничего точно не известно, может ты все его труды заруинил?

Ну, тут да, хер поспоришь. Ладно, три дня я потерпеть могу, хотя мне и будет очень некомфортно.

— Не пытайся выставить себя страдальцем. Всё равно не почувствую свою вину, а будешь пытаться давить, сделаю себе отпуск от системы в тепле святого домена. Длительный.

Ладно-ладно, я понял. Не так уж от святости много неудобств. Так, безмятежность обдолбыша… Если грубо сравнивать. А мне такое существование, сам понимаешь, претит. Я собака действия, а не отдыха.

— Да, ты выговорился, я услышал, а сейчас, помолчи. — говорить это ему было бессмысленно так как началась территория святости. Смайл бы при всём желании не смог ничего ответить. Мне же, в голову начали лезть мысли, которые могут плавать в котелке только у помешанных на философии искателей истины и силы.

Пришлось отогнать их подальше и сосредоточиться на главном. Поиску места, где Халите будет воскреснуть наиболее безболезненно для психики.

Разумеется, в нашем случае, это был бы госпиталь. Мало ли, чего произошло во время моего боя с лидерами общины Шети? А так, она потеряла сознание, после чего очнулась среди гвалта раненых. Сразу, с двух ног, вдарить по ней неразберихой куда лучше, чем если бы девушка продрала глаза в одиночестве или темноте.

Да, так и поступим.

Подойдя к общине, первое же чего бросилось мне в глаза, оказалось обилие бойцов из общины Шети. Сперва это показалось подозрительным и конечно же, мне в голову пришли образы, где Протектор со своими девчонками всё же сумели перехватить власть. К счастью для них, среди бойцов Шети начали мелькать суетливые лица местных. То есть выходит все работают заодно.

— О! Кайзер! — произнёс я, увидев знакомую фигуру и тут же использовал одну из продвинутых техник шага, оказавшись рядом с ним. Он с кем-то говорил и не обращал ни на что внимание, поэтому даже не успел понять или испугаться. Мои пальцы сомкнулись на его шее, раздался отвратительный хруст и уже мёртвое тело упало на землю.

Его собеседник, а там был какой-то неизвестный мне мужчина, за которым пряталась мелкая девочка, отшатнулся в ужасе.

— Замри! — припечатал я, резко указав на него пальцем. И он замер. — Господину целителю нужно отдохнуть. Ясно? — он ничего не ответил. Он явно думает, что будет следующим. — Так, ты знаешь, что я за хер? — и снова никакой реакции. Может он обосрался и не шевелиться чтобы подсохло и была возможность донести без палева? Такой себе план…

— Дядя убийца? — из-за мужика показалась девчонка.

— О! Малявка! Ты всё ещё жива? — я удивился, что девчонка, подарившая мне шарф до сих пор ходит в живых. А вот её уровень по-прежнему на дне. Ни разу ещё не повысила его. В чём, собственно, нет ничего удивительного раз её отец недалеко ушёл. У него второй.

Отец, к слову, набрался смелости и начал пятиться назад, подталкивая свою дочурку чтобы та тоже делала ноги от такого страшного меня.

— Слышь, ты же понимаешь, что от меня тебе не сбежать? — я сразу обратился к нему со всей серьёзностью в голосе. — Вот вообще без шансов.

— Дядя, а она тоже умерла, да? — девочка даже не обратила внимание на ситуацию между мной и её отцом, сразу же спросив про Халиту.

— Ага, тоже.

— Это вы её убили?

— Варя. Нельзя о таком спрашивать. — осадил её отец. — Мы… Наверное пойдём. Не хотим отнимать ваше время. Извините…

— Ну, можно сказать и так. — я присел, смотря девочке в глаза и полностью игнорируя его отца решил рассказать о случившемся. — Мозги выжглись у бедняжки. Такая вот неприятность. И знаешь, думаю такая разгрузка пойдёт ей на пользу. Через три дня воскреснет, будет как огурчик. Наверное…

— Она проснётся? Мертвые же не оживают. Или она будет как зомби?

— Нет. Зомби про которых ты говоришь, обычные гниющие мертвецы. Хотя правильно их называть умертвия. Типа мёртвые, но ходют, мычат, кусаются. А ещё зомбаками можно назвать зомбированных людей, те, которые ещё полностью живы и здоровы, но они подчиняются чужой воле. Понимаешь?

— Если честно, не совсем. — ответила она мило улыбнувшись. Ей, похоже, нравилось со мной общаться, а вот её отец стоит будто на иголках. Разве что его не трясёт от страха за себя и дочь.

— Если коротко, я тут всё залил святостью и на третий день все мёртвые вернуться к жизни. И когда я говорю все, то имею ввиду всех. Даже если это старые кости древних людей под нашими ногами. — задумавшись над тем, чего только что сказал, потыкал землю пальцем. — Не повезло им… Воскреснут и сразу же помрут.

— Зачем вы говорите ей такие ужасы? Прекратите! — о! У папаши голос прорезался.

— Потому что это так и работает. Святые, не значит невинные. Замараны все, даже святой дух и бог. Впрочем, последним не предъявишь, они в своём праве и доверие к ним и есть вера. Но мы отвлеклись. Или нет? Вижу же, тебе есть чего спросить да? — они хоть и не показывают, но на лице у обоих есть мыслительный процесс и… Неловкость?