Шрифт:
— Над чем они смеются, Андрей? — Спросил меня Фридрих.
— Над нами.
— Почему? Мы похожи на клоунов? — Спросили он. Мы с Павлом посмеялись.
— Нет. Просто нас обсуждают. Особенно твою, Фридрих, богатырскую стать и очертания мужского органа в твоих купальных трусах.
— А почему только мою стать и мой орган? А твой?
— Ну и мою стать и мои трусы, и всё что в них. Смотри как бросают взгляды, даже краснеют немного и хихикают. Друг дружке что-то шепчут на ушко. Сто процентов, обсуждают нас с тобой.
— А Павла?
— А с Павлом облом. Он им не интересен.
— Это почему я не интересен? — Удивился братец.
— А кому ты интересен? Зое с Настей? Так извини, они твои сёстры. И как возможный претендент на партнёра в определённом деле для них не подходишь. Ольге? Навряд ли, она девушка скромная и честная.
— Ага, то-то скромная и честная так откровенно тебя рассматривает.
— Это, Паша, профессиональный женский взгляд. Он у них в генах, от рождения. Тут ничего не поделаешь. Если заметишь у какой-нибудь мадамы такой взгляд, направленный на тебя, знай, тебя осматривают, оценивают и взвешивают.
— Для чего?
— Паша, не тупи. Так она принимает решение, годишься ты ей, как папаша её будущего потомства или тебя следуют слить в канализацию, за полной профнепригодностью, с её точки зрения.
— А сейчас, как они смотрят? Взвесили?
— Взвесили, обмерили и оценили.
— И? — Не унимался Павел.
— Следующий шаг, это когда её взгляд меняется. С оценивающего на заинтересованный. Если увидел такое, знай, у тебя появился шанс. А если взгляд сменился на равнодушный, то можешь идти козе пуп царапать, так как тебе ничего не обломится.
— Андрей, а зачем козе пуп царапать? Я не совсем понял? — Задал вопрос Фридрих.
— Это игра слов, Фридрих. Подразумевает, что ты ей не интересен.
— А у Зои какой взгляд? — Потомок тевтонов смотрел на меня с надеждой.
— У Зои? — Я усмехнулся. — У Зои, как раз заинтересованный. Так что, Фридрих, у тебя есть шанс. — Принц довольно улыбнулся.
— А у Цесаревны? — Спросил Пашка и нагло усмехнулся. Я ответил ему не менее наглой усмешкой.
— А у Цесаревны взгляд скромный и честный. Понял, студент?
Павел и Фридрих засмеялись.
— А у Насти? — Пашка опять посмотрел с усмешкой.
— А у Насти во взгляде любопытство и предвкушение.
— Это какое предвкушение?
— Обыкновенное. В ожидании второго акта Марлезонского балета.
Павел с Фридрихом удивлённо на меня смотрели. Паша даже рот раскрыл.
— Какого балета?
— Марлезонского. Ты что не знаешь?
— Марлезонский? Нет, не знаю.
— Был такой балет, в средневековой Франции. Во времена мушкетёров. Ну там Д Артаньян, Атос, Портос и Арамис. Читал?
— Читал. Александр Дюма. Только там не Марлезонский балет, а Мерлезонский. Так правильней.
— А, понятно. Тогда второй акт Мерлезонского балета.
—???
—!!!
Мы обменялись с ним взглядами.
— Ладно. А следующий шаг? — Задал опять вопрос Паша.
— Не понял?
— Ты сказал, следующий шаг, это когда во взгляде появляется заинтересованность.
— Тогда следующий шаг, это призыв.
— Призыв к чему?
— Паш, ты опять тупишь? Призыв к зачатию потомства. Либо к получению чувственного наслаждения. Что такое чувственное наслаждение рассказать?
— Не надо. Я понял!
Больше вопросов он не задавал. Нас позвали к столу. Ожидаемо, Фридрих оказался рядом с Зоей. Я сел рядом с Ольгой. Пашка рядом с сестрой, с Настей. Посидели пообедали.
И вновь пошли купаться.
— Оля, залезай мне на плечи. — Сказал ей стоя по грудь в воде.
— Будем прыгать?
— Будете.
Помог ей взобраться, придерживая её руками, она выпрямилась, стоя на моих плечах и с визгом прыгнула в воду. На меня тут же взобралась Настя. Опять визг и фонтан брызг. А на меня уже карабкается Зоя.
— Зоя, а почему на меня? — Спросил её, поддерживая, чтобы не свалилась раньше времени.
— А на кого?
— А почему бы тебе на Фридриха не залезть?
— Андрей, ну ты чего? На него мне стыдно залезать.
— А на меня?
— А на тебя нет. Ты же мой брат!
— Железная логика, дорогая! Но ты посмотри, с какой завистью Фридрих смотрит на меня! У меня сейчас макушка задымится! — Я взглянул на Фридриха. — Федя! Прими Зою. Сделай ей приятное.
— Андрей! — Взвизгнула девушка, валясь с меня в воду. Принц тут же оказался рядом.