В общем в тот день я лёг поздновато всё же и с трудом проснулся. Работа пусть и тяжёлая, но я уже привык. А после смены — пробежка пять километров, потом отжимания и подтягивания на перекладине. Боксёрскую грушу тоже не забываю — колочу по ней каждый день по полчаса минимум. Руки должны помнить.

Так прошла неделя в общем. И вот наступил тот самый день, которого я ждал. День, когда должен был состояться бой Роберто Дурана с Дэйви Муром. Встал я рано утром, надел свою лучшую рубашку — синюю, в клетку, которую мать купила мне на прошлый день рождения.

— Ты куда это вырядился? — спросил батя, увидев меня в дверях.

— В город еду, по делам, — ответил я как можно спокойнее.

— По каким ещё делам?

— Книжки для подготовки хочу посмотреть в книжном. И… ну, по своим делам.

Батя хмыкнул, но больше вопросов задавать не стал. Я взял же с собой все свои сбережения — 120 рублей. Сложил их в нагрудный карман рубашки, застегнул на пуговицу и отправился на автобусную остановку.

Автобус до города шёл несколько часов и я уснул даже несмотря на то, что трясло на ухабах. В городе же первым делом направился к гостинице — единственному месту, где, по слухам, принимали ставки на спортивные события. Конечно, официально букмекерских контор в СССР не существовало, но подпольный тотализатор процветал.

Гостиница эта — трёхэтажное серое здание с облупившейся штукатуркой — ничем не выделялась среди других построек. Я зашёл внутрь, огляделся. В холле — потёртые кресла, журнальный столик с газетами, за стойкой администратора — блондинка с чёлкой лет тридцати пяти.

— Тебе чего, мальчик? — спросила она, оглядывая меня с подозрением.

— Я к Михалычу, — сказал я тихо, вспомнив имя, которое слышал от мужиков в райцентре.

— Какому ещё Михалычу? — нахмурилась администраторша.

— Ну, который… спортом интересуется, — я многозначительно поднял брови.

Женщина окинула меня ещё одним подозрительным взглядом, потом наклонилась и прошептала:

— Третий этаж, номер 312. Только смотри, без глупостей.

Я поднялся по лестнице на третий этаж, нашёл нужную дверь и постучал. Открыл мужчина лет сорока, с залысинами и в очках с толстыми стёклами. На нём была белая рубашка с закатанными рукавами и тёмные брюки.

— Тебе чего? — спросил он, оглядывая меня с ног до головы.

— Я… это… на бокс поставить хочу, — сказал я, стараясь говорить уверенно.

— Какой ещё бокс? — он сделал вид, что не понимает.

— Дуран — Мур. Сегодня.

Мужчина помолчал, потом отступил в сторону.

— Заходи.

В номере было накурено. За столом сидели ещё двое мужчин — один лысый, с золотой цепью на шее, второй — молодой, спортивного телосложения, в спортивном костюме.

— Кого привёл, Михалыч? — спросил лысый.

— Да вот, пацан на бокс ставить хочет, — ответил Михалыч, закрывая дверь.

— На какой бокс? — лысый усмехнулся.

— Дуран — Мур, — повторил я.

— И на кого ставить будешь? — спросил молодой.

— На Дурана, — уверенно ответил я.

— На Дурана? — лысый расхохотался. — Парень, ты что, с дуба рухнул? Дэйви Мур молодой, быстрый! Он Дурана в порошок сотрёт!

— Не сотрёт, — упрямо сказал я. — Мур ещё зелёный. Дуран же — это «Каменные руки», легенда. У него опыт огромный, он уже чемпион мира был в лёгком весе.

Мужчины переглянулись.

— А ты, я смотрю, разбираешься, — сказал Михалыч с интересом. — Сам боксируешь?

— Немного, — скромно ответил я.

— И сколько ставить хочешь? — спросил лысый.

— Сто двадцать рублей, — я достал деньги из кармана.

— Серьёзно, да? — лысый присвистнул. — Коэффициент на Дурана — 3 к 1. Если выиграешь — получишь триста шестьдесят рублей.

— Я знаю, — кивнул я.

— Ну смотри, пацан, — лысый пожал плечами. — Твои деньги.

Михалыч достал из ящика стола потрёпанную тетрадь, записал что-то, потом оторвал клочок бумаги и что-то нацарапал на нём.

— Вот твоя квитанция. Приходи завтра после обеда, если выиграешь — получишь деньги.

— А разве мы не будем смотреть бой? — спросил я.

— Будем, конечно, — усмехнулся Михалыч. — Но не здесь. В «Спортивном» баре, у нас там телевизор цветной. Приходи к одиннадцати вечера, если хочешь.

Я кивнул, спрятал квитанцию в карман и вышел из номера. Сердце колотилось как сумасшедшее. Я только что поставил все свои сбережения на бой, результат которого знал наверняка. Дуран победит техническим нокаутом в восьмом раунде — я помнил это из будущего. Мур будет драться храбро, но опыт панамца и его знаменитые «каменные руки» сделают своё дело. Это было почти как жульничество, но… разве я виноват, что хорошо разбираюсь в боксе?