– Ага, понятно.
– Закивал водитель и тут же принялся выяснять дальнейшие обстоятельства.
– А нас посреди дороги чего встречаете?

– Так они сейчас сюда из Москвы припёрлись!
– Эмоционально воскликнула Марина.
– Никто не ждал, а когда мы приехали, обнаружили, что старики тут!

– Ну, допустим!
– Опять дал понять, что согласен мужчина.

– Так, затем вас и остановили, чтобы вы мебель здесь выгрузили!
– Наставительно, словно разговаривала с дитём неразумным, пояснила Марина. И, дабы разрушить все сомнения, принялась втолковывать, с её точки зрения, "очевидные" в кавычках факты.
– Я уже с братом договорилась.
– Он через полчаса подъедет на своём фургоне из Подольска и мы загрузим всё к нему. А завтра, когда родители отчалят обратно в Москву, привезёт всё в посёлок и мы устроим сюрприз.

Ну, что сказать? Талант, однако!

Я, в изумлении раскрыв рот, слушал этот голимый пиздёж, то есть, простите, полёт безудержной фантазии моей ненаглядной, и молча давился от смеха. Леська же, просто отвернулась и, зажав рот ладошкой, беззвучно тряслась от рвущегося наружу хохота.

– Когда, говорите, братан подъедет?
– Перед тем, как окончательно сдаться, уточнил водила.
– Да, скоро уже.
– Как ни в чём не бывало, заявила хитрая женщина. И, ещё раз помахав перед его носом чеком и бланком заказа на перевозку, требовательно уставилась на него.

– Ну что, мужики? Выгружаем?
– Обернулся тот к грузчикам.

– Как скажешь.
– Не стали кочевряжится те.

И, вылезя из кабины и открыв задние дверцы фургона, стали освобождать грузовик от мебели.

– Нам же ещё и легче.
– Зевая, сказал один другому, вытаскивая купленный нами диван с открученными боковыми подлокотниками.
– Так бы ещё в дом тягать пришлось. Да этаж, тоже, небось не первый.

Услышав эти переговоры, Марина тут же включилась в беседу, "подтвердив" опасения философствующего работяги.

– Второй, мальчики.
– Бодро заметила она.
– И, видя довольные улыбки на лицах парней, подмигнула мне и демонстративно потёрла большой и указательный пальцы.

Мелочи, как всегда, под рукой не имелось. И, мысленно чертыхаясь и так же неслышно прося у Создателя прощения, я вытащил из хранилища стодолларовую купюру и вручил её мужикам.

– За труды.
– Пояснил я и, не желая казаться невежливым, искренне поблагодарил.
– Спасибо!

– Да, чё там! Всякое в жизни бывает.
– Утешили нас очень довольные чаевыми мужчины.
– Ладно, бывайте. А мы обратно, в Москву!

Проследив взглядом за отъезжающим пепелацем, я повалился на поросшую травой обочину и неудержимо захохотал.

– Ну ты, мать, даёшь!

– Ну, надо было же как-то выкручиваться.
– Скромно потупила глазки Марина. И тут же, не дав мне как следует повеселиться, скомандовала.
– Ну, что разлёгся? Вставай и тащи эту чёртову мебель к нам в стазис!

Я быстро вскочил и, утирая всё ещё катившиеся по щекам слёзы, бодро принялся хватать невидимыми руками тяжёлые, перемотанные скотчем разобранные шкафы и отправлять их в пространственный карман. Затем туда же последовали кресла, стулья, три стола и тот самый, занимавший больше всего места диван.

Силой меня Создатель не обидел, так что, убрал всё с обочины я быстрее, чем всё здесь поставили грузчики. И, наконец, забросив в межмирье огромный и тяжёленький тюк, представлявший собой большущую, площадью метров пятьдесят армейскую палатку, демонстративно вытер несуществующий пот и удовлетворённо вздохнул.

– Вот и умница.
– Похвалила Марина и, с помощью светляка оглядев опустевшую обочину в последний раз, приказала.
– Веди, давай.

– Яволь, мой генерал!
– Я шутливо отдал честь и, подхватив обеих телекинезом, тут же очутился в межмирье.

– Уф.
– Будто это она только что таскала все эти тяжести, картинно вытерла лоб Леська.
– Умаялась...

– А ты-то, с какого перепуга?
– С иронией хмыкнул я, потрепав ребятёнка по тёмненьким волосам.

– Ну, я же переживала.
– Тут же поставила меня на место мелкая.
– И вообще, мы когда-нибудь гулять пойдём?

"Оба-на"!
– Про себя удивился я.
– "А сейчас-то, вы обе, что делали"?

Но вслух, как вы понимаете, говорить ничего не стал. Так как, судя по оценивающему и предвкушающему взгляду Марины, она уже намечала фронт работ и, сами попробуйте догадаться, кому отводилась главная роль в свершении будущего трудового подвига?

– Ма-ам!
– Тут же подтвердил мои худшие опасения этот коварный Чудо-Ребёнеок.
– Пусть Эльф нас где-нибудь высадит. А сам, пока мы будем гулять, здесь всем займёмся!

Не, ну вы видели, а? От горшка - два вершка, а туда же. Видимо, это природой заложено в самках условно-разумных. Такой вот циничный практицизм и потребительское отношение к взятым им в плен и попавшим в безраздельную собственность мужчинам.

И, ведь всё-то продумала, пакость мелкая. Правда, погулять-то им без меня не придётся. Так как, просиди я в пространственном кармане хоть год, время снаружи будет стоять на месте. Но мне-то! Мне-то от этого будет не легче!