— Дни короче становятся, скоро дожди зарядят, — посмотрев на небо без облачка, но с уже зажигающимися звёздами, протянула тётя Тара. — Мужики поспокойней станут, и нам полегче будет.

— Холодно будет, не люблю… — поёжилась я.

— Ты давай быстренько набери воды и в комнату, пока Алви не поймала, — улыбнулась она, и поспешил по тропинке, огибающей таверну.

Ей ещё до дому добраться нужно, а темнеет прямо на глазах. Проводила взглядом нашу повариху и побежала к колодцу. И правда, лучше поторопиться, чтобы тётушку лишний раз не злить.

Подошла к колодцу, поставила вёдра и только взялась за ручку, чтобы достать воды, как где-то совсем рядом кто-то завозился и застонал. Замерла, прислушиваясь — тишина. Осмотрела двор — никого. Начала крутить ручку, вздрагивая от зловещего скрипа цепи. Странно, раньше она так не скрипела… Или это я после всего такая пугливая стала?

И тут, вдруг, по другую сторону от меня, опираясь на каменную кладку, поднялась шатающаяся тень. Не сразу поняла, что это Райка. Испугалась и упустила ведро.

— Райка! — воскликнула досадливо. — Ты что тут делаешь?

— А? — промычал он, с трудом держась на ногах и цепляясь за край колодца. — Лейрочка… пойдёшь за меня?

— Нет уж, давай сам иди домой, — засмеялась я.

— Шутишь со мной? — набычился он. — А ну как поймаю!

— Райка, иди домой. Ты же едва на ногах стоишь, — покачала я головой.

— Да я же ради тебя сюда и хожу, — проворчал он. — Совсем от горя, что ты на меня не смотришь, зачах.

— Ты от браги зачах, а не от горя, — ответила я, быстро доставая колодезное ведро и переливая воду. — Иди домой, пока мужики силой не погнали.

— А что мне те мужики! — раздухарился он. — Мне и маг твой не страшен! Что, на господина городского заглядываешься? Я тебе, значит, не подхожу?

— Не говори ерунды, ни на кого я не заглядываюсь, — возмутилась я.

Райка, пошатываясь, обошёл колодец, подошёл ко мне и, обдавая пьяным духом, зашептал:

— Я же для тебя всё сделаю, Лейра. Всё, что захочешь! И пить больше не буду, вот ни глоточка. И в ученики к пчельнику пойду. У него детей нет, мне всё достанется. А у него мёд знатный, в город дорого продаёт. Накопим денег и сами в город переберёмся. В шелках у меня ходить будешь, на зависть всем! Ты только не отказывайся от меня, Лейрочка, не вороти нос.

И потянулся ко мне, чуть не падая. Я отскочила и прикрикнула:

— А ну руки не распускай!

От моего крика с деревьев, окружающих двор, вспорхнула целая стая ворон. Они начали громко кричать и ошалело летать над нами. Я отвлеклась, а Райка, воспользовавшись моментом, бросился на меня. Схватил за рукав, дёрнул на себя и попытался поцеловать. Я начала отбиваться, но он не уступал, шепча пьяные признания в вечной любви.

Ударила парня наотмашь по лицу и шарахнулась назад. Налетела на колодец, практически усевшись на его край, и замерла, тяжело дыша.

— Так, значит, ты со мной? — обиженно протянул Райка. — Ну и иди к своему магу, гулёна!

И толкнул меня изо всех сил.

Я вскрикнула, замахала руками в попытке схватиться за столбики лебёдки, но они оказались скользкими от вечерней росы. И я полетела вниз, в колодец! А колодезное ведро так и осталось валяться снаружи.

Ухнула в ледяную воду, забарахталась, чтобы выплыть, но всё тело будто льдом сковало. А вокруг появилось лёгкое синеватое свечение, которое словно обнимало меня, обволакивало, утягивая на дно.

Я запаниковала, растерялась, начала метаться из стороны в сторону, с трудом понимая, что происходит. Это же колодец! Он должен быть узким, и света здесь не может быть. Но вокруг меня были необозримо большие просторы синей воды, затягивающей, словно омут.

Омут! Это магия! Дыхание закончилось, и я открыла рот, отчаявшись выжить. Но не захлебнулась! Повисла в мерцающей синеве, бестолково перебирая руками и осматриваясь. Это уже не была вода, это был вязкий туман, в котором начали появляться зелёные всполохи.

«Лейра» — шум в ушах, будто кто-то зовёт. «Сяора. Одна из трёх» — зловещий шёпот, напомнивший слова мёртвого дядьки Даяра.

— Кто здесь?! — испуганно выкрикнула я.

Но мой голос потонул в этом вязком тумане. А свечение всё нарастало, синие и зелёные всполохи перемешивались, закручивались в причудливые спирали и манили…

«Та, что вне времени и пространства. Три сестры едины и непобедимы. Когда мы объединимся, ничто нас не остановит», — пропел мелодичный голос, так похожий на мой собственный. «Ты готова. Ид…».